Я камнем повисла на Камиле, не позволяя ему биться о решетку. Он совсем обезумел. Георг довольно смеялся, наслаждаясь нашей беспомощностью, и вдруг поперхнулся, закашлялся и обеими руками схватился за горло, отпустив и Агату, и нож.
Нож упал рядом с кинжалом. Агата рухнула на колени. Одной рукой она зажала рану на горле, а другую протянула к Георгу, медленно сводя пальцы в кулак.
Георг покраснел от натуги. Он как будто рвал с горла удавку. Страшные хрипы звучали в тишине. Потом он упал на спину, продолжая задыхаться. Бил ногами об пол. Катался из стороны в сторону. Агата, стоя на коленях, не сводила с него глаз.
Не знаю, сколько времени прошло. Скорее всего, агония длилась секунды. Мне показалось – вечность.
Наконец Георг обмяк, закатил глаза и затих. Умер? Или в обмороке?
– Агата, поспеши, – попросил Ларс. – Навряд ли он тут один.
Я перевела взгляд на Агату и испуганно всхлипнула. Камиль уже давно перестал вырываться и мог бы расцепить мои руки, но, как и я, стоял столбом. Похоже, только мы с ним ничего не понимали.
В глазах Агаты плескалась ночь. Из пореза на горле кровь уже не хлестала, но залила белую рубашку. Агата выглядела страшно, но гораздо страшнее было то, что какой-то черный вихрь тянулся из тела Георга, впитываясь в ее ладони.
Потом Агата поднялась с колен, вытерла испачканную в крови руку и сделала несколько пассов. Решетки поднялись. Мы вышли в коридор. Я присела на корточки возле Георга, проверила пульс на шее. Мертв.
– Надеюсь, ты не жалеешь.
Я подняла голову. Рядом стоял Ларс, протягивая руку и предлагая подняться.
– Ничуть, – ответила я и встала.
Я и правда не жалела, что он умер. Георг был сволочью и собирался убить всех нас. За что его жалеть?
Ларс приобнял меня и тут же отпустил, как будто смутившись. А вот Агата, ничуть не смущаясь, рыдала в объятиях Камиля. Она прятала лицо у него на груди, а Камиль ласково поглаживал ее по плечам и уговаривал успокоиться. Мы с Ларсом переглянулись. М-да… Что-то я раньше не замечала нежных чувств между Камилем и Агатой.
– Никогда… – всхлипывала Агата. – Теперь… Как…
Я ничего не понимала из этих бессвязных бормотаний, но Камиль, кажется, понимал, потому что отвечал тихо, но твердо:
– Ты не виновата и все сделала правильно. Я тебя люблю, всю, целиком, со всеми ипостасями.
Любит?! Ипостаси? Ничего не понимаю! Я обессиленно повисла на Ларсе, ощутив головокружение.
– Если мне сейчас кто-нибудь все не объяснит… – простонала я.
– Не сейчас, Джен, – покачал головой Ларс, крепко придерживая меня за талию. – Агата, Камиль, надо выбираться. Сила ни к кому не вернулась?
– Нет, – ответил Камиль.
– Нет, – подтвердила я.
– Значит, ножками наверх, – скомандовал Ларс. – Агата, вся надежда на тебя. Хватит рыдать. Это был твой выбор, нечего теперь слезы лить.
Его слова прозвучали грубо, резко, как будто не Агата только что спасла нас и разделалась с Георгом. Но она послушалась – отпрянула от Камиля и вытерла лицо, размазывая по нему и слезы, и кровь. Судя по всему, рана на шее ее не беспокоила.
– Я некромант, Джен, – пояснила она, поймав мой недоумевающий взгляд. – Черная стихия, орден Рейо. Под второй личиной.
Я сдавленно охнула, прикрывая рот рукой. Агата невесело усмехнулась. Она выглядела подавленной, разбитой и ужасно несчастной.
– Ладно, пошли, – махнула она рукой. – Надо выбираться.
Камиль подобрал оба ножа и бросил один из них Ларсу.
– А Мариза? – спросила я. – Оставим ее тут?
– Наверху разберемся, – буркнул Ларс.
Мы скользнули в темный коридор, продвигаясь на ощупь, и вскоре наткнулись на незапертую дверь. За ней обнаружилась освещенная лестница. Мы крадучись поднялись по ней, прислушиваясь. Тишина. Как будто и нет никого. Коридор. Кухня. Снова коридор. Холл. Гостиная. Лестница на второй этаж.
Мы нашли Маризу наверху, в одной из пустых комнат. Связанную, с кляпом во рту и с кровоподтеком на лице.
– Это тебя так в награду за труды связали? – скептически поинтересовался Ларс, освобождая ее от веревок.
– Тут еще кто-нибудь был? – спросил Камиль. – Кроме Георга?
– Нет, больше никого не видела, – пробормотала Мариза, как только смогла говорить. – А вы поверили…
Вместо ответа я ее обняла.
– Немножко поверили, – признался Камиль. – Но знаешь… тут все во что-то да поверили.
– А Георг…
– Помер, – поспешил сообщить Ларс, – спасибо коровке. Вот только магию я до сих пор не чувствую.
– Давайте поищем одежду и попробуем узнать, где мы, – сказала Агата.
Искать решили внизу – на втором этаже все комнаты пустовали. Спускаясь по лестнице, я снова почувствовала во рту сладкий привкус. Пошатнулась, схватилась за перила, хотела закричать, предупредить, но не смогла. Поняла, что падаю, – и провалилась в забытье.
Проснувшись, я долго не решалась открыть глаза. Вроде бы ничего не болит. Тепло, даже уютно. Нет мерзкого сладкого привкуса во рту. Чувствую источник. Чувствую, что не одна в комнате. Кажется, на этот раз все проснулись одновременно, но, как и я, прислушиваются к себе и к обстановке.
