Игра трех королей полностью

– Иди. Я попробую что-то разузнать на ресепшен, – успокоил он её и подал костыль, не пытаясь подставить плечо. Она не хотела быть слабой, и он уважал это решение. А может, просто помнил, как валялся в госпитале после Афганистана сам, помнил эту раздражающую беспомощность.

И искренняя улыбка незримого понимания стала его наградой.

___________________________

39 - «wie die Katze um den heissen Brei gehen» – аналог русской идиомы «вокруг да около»

40 - БКА – Федеральное ведомство криминальной полиции Германии (в немецком языке: Bundeskriminalamt)

41 - «Das ist ein Tropfen auf den heissen Stein» – аналог русского «капля в море»

42 - Лазурит или афганит называют так, потому что Афганистан – фактически основное в мире месторождение лазурита. Камень часто используют в национальных украшениях.

43 - Согласно старинному преданию, однажды днём Фатима готовила обед для своего мужа Али. Она помешивала суп, когда Али вернулся домой. Но пришёл он не один, а с молодой девушкой. Али объявил Фатиме, что собирается сделать эту девушку своей второй женой. От горя Фатима выронила черпак и, сама того не замечая, продолжила перемешивать рукой медленно закипающий суп. По всей видимости, душевные переживания оказались сильнее физических страданий. С тех пор «Руку Фатимы» считают символом долготерпения и веры. Надо сказать, что Аллах вознаградил Фатиму – она осталась единственной женой Али.

***

К понедельнику светлые стены чёртовых «Панталон Марии» опротивели Лоре до тошноты. Казалось, запах больницы теперь будет преследовать целую вечность – и даже нормально сходить в душ было невозможно, только мыться частями и так, чтобы не мочить бедро. Тот ещё акробатический трюк, который требовалось провернуть, не задерживая общую очередь. Но мечтать о возвращении домой заставляло не столько это, сколько неутолимая жажда вновь самой контролировать собственный распорядок дня, а не подчиняться расписанию обедов, осмотров и перевязок. Проснувшись этим утром с заметно посвежевшей головой, Лора с нетерпением ждала встречи с лечащим врачом. Медсестра с ресепшен услужливо шепнула накануне, как той сказочно повезло, ведь в ночь ранения в приёмном отделении дежурил сам главврач одной из крупнейших и старейших больниц Гамбурга, светило хирургии – доктор Джерри Браун. Чтобы попасть в его золотые руки, люди готовы ожидать месяцами. Но сама Лора абсолютно не помнила ни его, ни того, как лежала на операционном столе, потому как окончательно отключилась ещё по дороге.

Иначе бы в памяти точно всплыло это узковатое, остроносое лицо с такой намертво приклеенной широкой улыбкой, что когда доктор Браун зашёл в палату, даже бьющие в окно солнечные лучи стыдливо померкли от белизны его голливудских зубов.

– Доброго утра, фрау Вебер. Позвольте представиться, ваш лечащий врач, доктор Браун, – окинув настороженно замершую на кровати Лору оценивающим взглядом из-под тонких бровей, он принял из руки медсестры протянутую карту пациента.

– Доброе утро, доктор Браун, – скорее, из вежливости поздоровалась Лора, неуютно ёжась от такого чрезмерного радушия. И прежде, чем остановить первую возникшую в голове мысль, едва слышно буркнула себе под нос: – В «Панталонах» у всех улыбка, как у акул…

– Вы что-то сказали? – то ли действительно не расслышав, то ли сделав вид, поднял Браун глаза от карты. И только на почти незаметную долю секунды мелькнувшая в них искра злости выдала настоящую реакцию – тут же исчезнувшую за вежливо-елейной маской, растекшейся по его лицу густым фруктовым желе. Он поправил ворот рубашки, торчавший из-под халата, и довольно самовлюблённо провёл пятернёй по модно стриженым русым волосам.

– Нет, простите. Так что, как скоро я могу отсюда уйти? – стушевалась Лора, поёрзав на кровати.

– Ну, для начала расскажите, как ваше самочувствие. Есть ли общая слабость, потеря ориентации в пространстве, болевые ощущения?