Когда Балабанов подбежал к бортику, Паши Исаева уже не было видно на поверхности воды. Он всматривался в колыхающиеся волны, перегибаясь через бортик, но тщетно. Уже подбежали стюарды, уже стали подходить любопытствующие, а он все не отрывал глаз от воды. Не меньше получаса простоял Виктор Андреевич неподвижно на корме, но Исаева так и не увидел. Утонул, утонул этот коварный, но блестящий мошенник в водах Черного моря, совсем неподалеку от пролива Босфор. Утонул и унес с собой тайну миллионов, за которыми безуспешно охотились все участники этой истории. Через полчаса силы покинули Балабанова, и он устало опустился на ухоженную поверхность открытой кормовой площадки…
Все это произошло вчера.
А сегодня Виктор Андреевич снова вышел на открытую палубу, встал у бортика, выглянул за борт, да так и стоял, пытаясь вспомнить все произошедшее и понять, что же все-таки случилось. Вчера Балабанов был уверен во всем, но сегодня лихорадка прошла и его снова что-то беспокоило. Что-то мешало. Что-то казалось неправильным.
В какой-то момент, пытаясь достать из кармана пачку сигарет, он вдруг наткнулся на свой блокнот, вынул его, раскрыл и печальная картина предстала его глазам. Это был список свидетелей, который он составил после первого убийства, список действующих лиц трагедии, разыгравшейся на «России». Какое удручающее впечатление он теперь производил! Кто бы мог предположить, что из этого списка через неделю-другую почти никого не останется… Вадим Щукин, Аркадий Дмитриевич Федосюк, Боря Тугаринский, Рома Джанк покоятся рядком в холодильной камере. Полина Ковец и Паша Исаев сгинули навсегда и даже тел для опознания от них не осталось. Костя Обухов, Гарик, Вика и капитан Овсянник лежат в корабельном госпитале, причем в сознании из них только Филипп Владимирович, но полноценным его состояние назвать трудно. Скорее, это какое-то полусознание. Лена Сычева и Володя Загребаев исчезли с борта корабля в неизвестном направлении. Лена с бумажником Федосюка, а Загребаев с карманными капиталами Тугаринского. Кто там еще? Альберт Сергеевич Ковец? Этот, видимо, просто сошел с ума. Его дочь погибла, а он улыбается и говорит, что все в порядке и круизом, мол, доволен. Полная деградация. Впрочем, понять это можно. Все-таки потерял дочь… Так что, из всех действующих лиц трагедии в сознании остались только двое. Певица Эльвира и он, Виктор Андреевич Балабанов.
И тут детективу стало не по себе.
Он понял, что его тревожит.
Когда они прибудут в Одессу, певица Эльвира заберет умалишенного Альберта Сергеевича, о котором очень заботится в последнее время, и они уедут в какое-нибудь тихое место. И вот тогда на всей «России» останется один единственный человек, имеющий прямое отношение к произошедшим событиям – Виктор Андреевич Балабанов. И иметь в виду его будут так, что не опомнишься! А что это у вас с капитаном? А почему это у вас четыре трупа на корабле? А что это за огнестрельные ранения и тяжкие телесные повреждения у пострадавших в госпитале? А ну-ка отвечайте…
– Виктор Андреевич.
Балабанов обернулся.
На него участливо смотрел главный врач госпиталя. Он еще вчера подозревал у Балабанова сильнейшее нервное расстройство, требовал полного покоя и утверждал, что в противном случае может начаться помутнение рассудка. Виктор Андреевич, конечно, понимал, что все это чушь, что он здоров, как бык. Но, может быть, стоило бы немного подыграть Павлу Самуиловичу? Отправиться в компанию к Ковецу? Так, пожалуй, и спроса меньше.
Балабанов пригладил свою лысину.
– Виктор Андреевич, вам пора принять успокоительное.
– Вы настаиваете?
– Нет, вам, конечно, виднее, но…
– Хорошо, я согласен.
Ну вот, казалось бы, история и закончена. Улеглись страсти, улетучились переживания и невольно навернувшаяся на глазах слеза стерта легким движением ладони. Пора бы закрыть книжку и вернуться к действительности, невольно раздумывая над страшной властью денег в этом мире. Но легкий привкус недосказанности наверняка беспокоит проницательного читателя, заставляя мучиться догадками относительно финала. И это не случайно, поскольку не всё, чему мы являемся свидетелями, начинается и заканчивается на наших глазах. Вот и печальная история «России» подтверждает этот факт. Ведь началась она совсем в другом месте и в другое время. Логично предположить, что и закончиться она должна не здесь.
Ну что же, удовлетворим, по мере наших скромных сил, любопытство проницательного читателя.
Итак, представьте себе легкий морской бриз, изумрудную водную гладь, ослепительные блики, крик пролетающих чаек и белоснежную яхту, опустившую паруса и лениво покачивающуюся в этих вечных водах сказочной красоты. На палубе два человека. Приглядитесь повнимательнее. Это именно они – Полина и Паша. Они смотрят друг на друга. Они улыбаются. Они счастливы. Райская картинка. И даже солнце словно бы замерло над ними и перестало клониться к западу, чтобы день не заканчивался слишком быстро.
– Как там папа? – спрашивает Полина.
– Ждет, – отвечает Паша. – Он знает, что у тебя все хорошо. Я успел ему рассказать.