На улице наверняка уже стемнело. Последней на сегодня предстояло говорить Бетти. Кажется, именно на нее возлагала свои последние надежды измученная надзирательница. Ее задание поначалу показалось мне смешным – изъявить желание быть одним из организаторов бала в Восточной школе. Такие мероприятия, включающие в себя громкую музыку, танцы и веселье по традиции проводятся в школах Стогвурда каждую осень, зиму и весну. Я никогда не была организатором таких торжеств, но знаю, что на такое обычно подписываются либо заядлые отличники, либо те, кто так и не нашел пару на бал, либо заядлые отличники без пары. За пару недель до начала этой бесполезной суматохи они раздают бесполезные листовки с датой и местом проведения, затем помогают в оформлении спортзала, а во время самого бала следят, чтобы никто из старшеклассников не принес алкоголь. Естественно, что многие все же это удается. После всей этой мути организаторы освобождаются от своих прямых обязанностей и могут либо покинуть место проведения или же остаться с остальными счастливчиками и наслаждаться музыкой и атмосферой. Лично у меня эти традиционные балы никогда не вызывали особого уважения и тем более рвения, и появлялась я на них только из-за Кесси и Тиффани, которые готовились к одному вечеру за пару недель, а иногда и за месяц. Сестра говорила, что подобные танцы во многом определяют человека, а значит всегда есть возможность показать настоящую себя. Конечно, этим она явно и бесстыдно намекала на меня, из-за чего мне приходилось постоянно выбирать себе платье и туфли, на которых я еле стою. Тогда это казалось сущим адом, но, вспоминая об этом теперь, я невольно призналась самой себе, что мне не хватает этой атмосферы.
Бетти явно не являлась фанатом танцев. Я довольно долго соображала, почему ей досталось именно такое задание от миссис Хенс, ведь с другими все было очевидно: для Кэролин было необходимо, чтобы она поняла, в кого может превратиться спустя пару лет; Мэтью, как бывший игрок, должен был вновь почувствовать атмосферу и тоску по команде и футболу; Бетти должна стать организатором, потому что… И тут меня осенило. Все было проще, чем я думала. Конечно, организаторы не только готовят школу к такому «важному» событию, но и постоянно контактируют с учениками: листовки, опросы, напоминание, списки и многое другое. А миссис Хенс довольно умна. Блокноты, а теперь эти задания – она явно не из тех людей, кто прозаично относится к своей работе.
– Я не смогла… извините, – эти четыре слова Бетти выдавила из себя еле слышно, не поднимая головы и чуть сжимая свои маленькие бледные кулачки.
Повисло напряжённое молчание. Миссис Хенс, ожидая совершенно другого ответа, открывала и закрывала рот, пытаясь сформулировать более точную мысль. Мэтью продолжал испепелять взглядом потолок, будто не моргая, и даже Кэролин, от которой, казалось бы, должен начаться весь пожар, тихо сидела на стуле, скрестив руки на груди и тяжело вздыхая. Наши взгляды вновь встретились, в этот раз в ее глаза отразилась открытая злоба и презрение, и я догадываюсь, почему.
Мне стало жаль Бетти. Длинная одежда, опущенный взгляд, тихий голос и абсолютная замкнутость – увы, эти качества ведут к самым неприятным последствиям. Я бы не пожелала никому, включая того водителя, из-за которого произошла авария на 39-ом шоссе, стать жертвой школьных издевательств. В Западной школе Стогвурда, где я официально числюсь примерной ученицей, было много так называемых изгоев общества. И каждому из них доставалось немало. Парня с фиолетовыми волосами, которого все считали геем, окунали в унитаз больше раз, чем я посетила курсов фотографии. Новенькой, пришедшей в бывший класс Тиффани, досталась бомбочка с краской, после которой она, плача, три урока безуспешно пыталась смыть остатки зеленой жидкости с лица. А Гвен Эдрисон одним прекрасным осенним деньком обнаружила на двери своего и соседних шкафчиков огромный плакат, разделенный на две части: справа – ее фотография в розовом платье, слева – фотография свиньи в розовой балетной пачке. Я хорошо помню ее имя и все произошедшее потому, что однажды дома я наткнулась на смеющихся Кесси и Ти, печатающих те самые фотографии. Она была толстухой, и этого было достаточно, чтобы начать издеваться. После того случая я не разговаривала с Кесси около недели, но вскоре она заставила меня простить себя, отмазываясь невинной шуткой. Она всегда умела это делать, на нее невозможно было долго злиться. Это часто играло со мной злую шутку.
– Что ж, Бетти, это очень печально, но не стоит расстраиваться, – достаточно бодро произнесла миссис Хенс, хотя было очевидно, что слова мышонка ее окончательно добили. – Через неделю ты получишь другое задание, так же как и вы все, включая Вэлери. А теперь все свободны, и не забываем о блокнотах.
