– Ладно, чтобы никому не досталось, предлагаю тебе, моя противная сестренка, переставить стул и сесть рядом с папочкой, а я сяду напротив с мамулей. Идет?
– Странно, что ты додумалась до такого, любимая сестра. Мам, когда мы уже будем есть? Я умираю с голоду.
– Так умирай побыстрее, мне больше достанется.
– Эй!
– Хватит, девочки! Вэлери, принеси салфетки.
– Почему всегда я?!
Кухня наполнена теплом и запахом жареного. Приглушенный свет и несколько белых свечей по разные стороны стола. Разноцветные тарелки и кружки, не хватает только салфеток. Они в моих руках, красивые, как всегда, потому что их всегда покупает мама. Красные узоры вырисовываются на белом полотне, словно показывая целую вселенную. Приятно чувствовать атмосферу праздника, а еще приятнее ее создавать. Мы готовились к Дню Благодарения заранее, чтобы не получилось хаотичных сборов и раскупленных продуктов, как в прошлом году. Разве можно быть счастливее, смотря на свою семью – людей, которые тебя любят, ценят и уважают, всегда готовы поддержать и заступиться? Как оказалось, можно, присоединившись к ним и обняв. Пару шагов, всего каких-то…
– Вэли, ты провалилась в чертову пропасть и решила сделать нам одолжение, умерев без свидетелей? – тепло уходит, сменяясь пронзающим душу и тело холодом.
– Кесси, что за слова! Дочка, мы тебя ждем, – отчаянные попытки пошевелиться лишь сильнее заставляют чувствовать боль во всем теле. Тяжело дышать.
– Вэлери, я знаю, что ты любишь своего папу больше всех на свете, поэтому давай, иди к нам! – белая пелена застилает картину счастливой семьи, пытаюсь закрыть глаза, но вместо этого открываю их еще шире, проваливаясь прямо в пропасть.
– Тааак, и теперь ты молчишь, сестренка? – я слышу ее голос, но вижу лишь окровавленное тело в машине. Оно сидит на переднем сидении, одной рукой, с разбитыми костяшками пальцев, все еще держа руль. Ноги застыли на педалях, голова повернута в сторону дороги, одежда разорвана. Когда я пытаюсь взглянуть на нее, тело поворачивается, и передо мной предстает ее лицо с засохшей кровью на лбу, щеках и подбородке. Я вскрикиваю.
– А может, это ты стала причиной, по которой мы теперь не вместе? – ее синие губы расплываются в улыбке, которую я видела у своей сестры всего лишь раз.
