Из колеи выбивала только суббота и очередная пытка. И что-то мне подсказывает, что завтра Кэролин хорошенько оторвется на мне и моем творчестве, которое я придумываю уже около часа. После трех вырванных и скомканных листков я понимаю, что правду собственной жизни писать гораздо труднее, чем школьное эссе по книги, которую ты даже не читал. Поэтому, под звуки вечерних новостей, я решаю «немного» приукрасить окружающую меня действительность. Ведь если посудить, довольна ли будет миссис Хенс, узнав, что я не выхожу из дома? Или что скажет она на то, что мой отец пристрастился к алкоголю? О, наверное, она будет безумно счастлива услышать незабываемую историю моих кошмаров. Но больше всего наивную женщину поразит то, что каждый четверг я отправляю Кесси видео, после чего она позвонит в пару мест и через несколько дней я буду либо в смирительной рубашке, либо под постоянной опекой мисс Одли.
Вспоминая, чем все-таки занимается обычный подросток моего уровня (примерно что-то среднее между Бетти и Кэролин), я закончила свою рукопись только к полночи, когда отец, осушив свою третью бутылку, храпел так, что никакое нашествие спартанцев его бы не разбудило. Я закуталась под одеяло, кладя рядом под подушку тяжелые мысли. Та группа и все еще члены ничего не значат для меня, но я прекрасно понимаю печальные последствия, которые наступят сразу же, позволь я себе сделать неверный ход. К сожалению, не всем суждено провести хорошие выходные так же, как и не всем дано стать королевой выпускного бала или самой популярной девочкой в школе. Но что будет, если миссис Хенс вдруг не поверит моим словам? Ведь там, где она училась или проходила курсы дополнительного образования, наверняка тренируют распозновать ложь. Никогда не любила врать, но, когда мне приходилось отмазывать Кесси перед родителями или Тиффани перед очередным бойфрендом, мне все же не было равных. Я не гордилась этой способностью, но сейчас она может оказаться как нельзя кстати.
С этими мыслями я погрузилась в глубокий сон, и с ними же прошел почти весь мой день. Не найдя себе достойного занятия, я решила выйти еще раньше, чем в прошлый раз. Как знать, может быть сегодня мне повезет. Но погода явно была против этого. На улице лил дождь, и с глубоким вздохом очередной раз посмотрев в окно, пошла искать подходящую одежду для такого случая. Как оказалось, ее было не так уж и много, что меня не огорчило. Недолго думая, я одела черные обтягивающие джинсы с потертостями на коленях, белую футболку, которая всегда была мне большой, а сверху накинула голубую ветровку, на спине которой белыми буквами красовалась надпись: «Where is my mind?» Даже не глядя на себя в зеркало, чтобы лишний раз не разочароваться, я накинула капюшон, спрятала блокнот и телефон в маленький кожаный рюкзак розового цвета, который очень давно достался мне от Кесси, и вышла из дома.
Дождь, кажется, объявил войну Стогвурду. Дорожки и газоны были полностью залиты, а капли, стекающие с крыш домов, будто говорили о том, что прекратиться это нескоро. Но, несмотря на ливень, от которого тщетно старались скрыться люди, на улицах по-прежнему ощущался запах весны и тепла. Через пару дней, при условии того, что этот потоп больше не повторится, все высохнет и наступит окончательная жара. Взрослые будут планировать отпуска, старики будут принимать внуков с других городов, дети перестанут думать об уроках, а старшеклассники во всю начнут готовиться к Весеннему балу, на которой вряд ли суждено пойти мне, Бетти, Кэролин или Мэтью. Почему-то именно сейчас, натягивая капюшон почти на половину лица, мне с особой ясностью врезаются события всех школьных балов. Больше всего, конечно же, мне запомнился последнее торжество сестры. Год назад, на выпускном балу королевой школы стала Анжелика Бустон – длинноволосая брюнетка с родинкой на щеке. Только потом я узнала, что она является нынешней девушкой Томаса Хардсона – того, кто стал причиной многих слез Кесси. Тогда же я услышала, что нынешний парень Анжелики теперь какой-то крутой игрок в какой-то крутой баскетбольной команде какого-то крутого университета в каком-то крутом городе. Но ради своей девушки он, такой же красивый и еще более рослый, с слегка отросшей челкой и небольшой щетиной, приехал в наше захолустье. Все девчонки просто таяли от такой романтичной истории и от того, как Томас целовал Анжелику, и, хотя я не считаю себя экспертом в подобных делах, я думаю, что они по-настоящему счастливы. Кесси, лишь завидев его тогда, пыталась казаться спокойной и отрешенной, но под конец сдалась и попросила родителей забрать нас пораньше. Ходило много слухов про Томаса, но сестра вряд ли ожидала увидеть его счастливым, хотя сама была полностью разбита. Думаю, это и еще несколько обстоятельств дали толчок на переезд. С этого прошло много месяцев, и сейчас я уверенна, что Кесси удалось перебороть ту боль и начать все заново. И я еще больше надеюсь, что в ее новом есть место для нас старых.
