– Ничего, ничего, паническим атакам всегда надо давать отпор, – мисс Одли поставила стакан на стол, ее лицо снова приняло серьезное выражение. – Именно от этого мы и пытались оградить тебя, Вэлери. Буквально увидя смерть близкого человека и последовавшую за ней ужасные события, твоя психика решила создать подобие защитного щита, ограждая сознание от пережитых кошмаров. Конечно, как ты уже поняла, воспоминания о смерти Кесси никуда не исчезли, а лишь были спрятаны далеко за пределы понимания обычной девочки. Таким образом, ты помнила о своей сестре то, что казалось твоей психике безопасным, а временная амнезия почти двухмесячной давности охраняла тебя от тех эмоций, которые теперь терзают твою душу и тело. Доктор Уоллосон первый понял это и, проконсультировавшись с миссис Хенс и другими коллегами, принял решение отложить на неопределенный срок твое «принятие» ситуации. Он боялся, что, если выложить все карты на стол, ты не выдержишь и…в общем, сейчас это не имеет значения. Ты не должна осуждать своего отца, Вэлери, ему пришлось принять нелегкое решение, и, если бы не он…
– То я бы все узнала раньше и давно носила смирительную рубашку, – придя в себя и уловив больше половины сказанных мне слов, я вновь могла говорить.
– В такой профессии, как наша, Вэлери, рисковать нельзя, тем более идти на неосознанную крайность с пациентами.
– Поэтому вы решили подстраховаться, чтобы журналисты не обвинили вас в халатности, или как правильно это называется?
– Это не совсем то, что я пытаюсь донести до тебя…
– Да ладно вам, я все прекрасно понимаю, – в этот момент мой мозг, напоминая о своей существовании, начал активно работать, сложив весь пазл. – Может, я и создала себе какой-то там «щит», но я вовсе не глупый ребенок, мисс Одли. Моя мать в психушке и даже не помнит, что я существую, так ведь? Мой отец пьет, и это огромное желтое пятно на наших обоях – результат вашей терапии. Лучше бы вы рассказали мне все сначала…Был ли вообще смысл в наших встречах?
– Это нужно оценивать, учитывая такие факторы, как…
– А я ведь… даже не была на ее похоронах.
Последняя фраза, сказанная почти шепотом, оставила неизгладимый отпечаток не только в моей душе, но и в душе мисс Одли. Она сгорбилась и, опустив руки на колени, будто превратилась в вечно уставшую миссис Хенс. Вряд ли сейчас даже знаменитый доктор Уоллосон нашел подходящие слова. Даже если бы и смог найти, то они показались бы странными и дикими. Порой никакие слова не помогут найти ключ к проблеме. Никому не нужны пустые разговоры, когда ты заложил дом, проиграл суд, потерял семью и разрушил собственную жизнь. Также и мне, сидя возле женщины, опустившей измученный взгляд на свои полные руки, не нужны были слова или утешения. И отчего-то мне показалось, что мисс Одли как никто другой сейчас понимала это.
– Вы когда-нибудь теряли близкого человека? – собственный скрипучий голос я услышала уже спустя пару минут.
– Я… – мисс Одли запнулась на полуслове, видимо, вспоминая многочисленные книги по психиатрии, дабы дать ответ, который меня устроит. Но затем быстро, выбрасывая ненужные мысли, покачала головой и подняла свои глаза. – Нет, Вэлери, пожалуй, что нет.
– Тогда вам повезло, – развернувшись к мисс Одли, насколько это было возможно, я смотрела на нее и в тоже время ощущала себя где-то далеко за пределом этого домом, города и целой необъятной Вселенной. – Вам действительно повезло.
Доктор лишь молчаливо кивнула, готовая слушать. Я не выстраивала план, не собирала мысли в кучу, не перебирала в голове подходящие слова. Все было таким запутанными, серым и больным, что отдавать предпочтение каким-то специальным терминам даже не рассматривалось мною как вариант. Я отчетливо знала, что надо говорить, но сказанное не оставалось в памяти, просто растворяясь в надоедливой тишине. В воздухе витала нагнетающая атмосфера, которая не устраивала ни меня, ни мою собеседницу. Но сил для того, чтобы начать наш сеанс сначала, не хватило бы ни у кого, не говоря уже о нас. Поэтому я просто продолжила связывать свой клубок, пренебрегая всем тем, что когда-то давно мне казалось столь важным.
– Вам, как и многим другим людям в нашем городе, стране, материке, целой земле, неимоверно повезло, – я опустила взгляд к своим рукам. – Раньше я бы никогда не подумала о таком, а теперь смело говорю это вам. Люди не задумываются над тем, какое это счастье – иметь кого-то, кто всегда встанет за тебя горой, несмотря на многочисленные неудачи и ошибки. Правда в том, что они никогда не осознают этого по-настоящему, пока не потеряют ту песчинку в огромной пустыне, без которой все былое разом покроет темнота. Ведь так, мисс Одли?
– Да, Вэлери, ты права, – подтвердила мои слова психотерапевт. – Я с тобой согласна.
