— Я бы выразился не так грубо, — мягко поправил меня Даниэль. — Видите ли, сьерра, некоторое время назад мне потребовалась помощь Себастьяна в одном деле, весьма мне досаждающем. И эту проблему надлежало как можно скорее решить, пока она не превратилось в нечто очень серьезное. Себастьян, к моей величайшей досаде, наотрез отказался пойти мне навстречу. И в чем-то я понимаю его резоны. Итаррия — маленькая страна. Ей не нужны сложности с могущественными соседями, поэтому Себастьян готов был на все, лишь бы как можно дольше сохранять нейтралитет. До недавних пор у меня не было рычагов давления на него. Но тут выдался удачный случай. Не так давно я неожиданно узнал, что Себастьян, прежде не отличающийся особым постоянством в любовных делах, начал слишком много внимания уделять некой особе. Сначала я подумал, что это увлечение временно, и не питал особых иллюзий. Но минул месяц, затем еще один, а ваша связь становилась все крепче. И я решил рискнуть. Разыскал Стефана, рассказал ему о новой великой любви Себастьяна, естественно, немного приукрасив действительность, разжег в его груди жажду возмездия и отправил на охоту. Понятное дело, мне было бы очень невыгодно, если бы горе-мститель расправился с вами сразу же. Более того — я вообще не желал вашей смерти. Тогда бы Себастьян просто разозлился, но мне-то нужно было его сотрудничество, а не гнев. Я хотел, чтобы вы попали в мои руки, но так, чтобы никто и никогда не догадался, кто именно причастен к вашему похищению.
— То первое покушение, — догадливо протянула я. — Это ведь вы устроили его, точно зная, что нападающего убьют? Стефан бы вряд ли стал прибегать к чьей-либо помощи.
— Абсолютно верно. — Даниэль кивнул. — Не будь того в высшей степени неловкого покушения, Себастьян бы не встревожился, а значит, Стефан без малейшего труда убил бы вас с первой попытки. А я хотел показать Себастьяну, что охота началась. Он должен был на какое-то время сосредоточить все внимание на вас.
— Не понимаю. — Я искренне пожала плечами. — Ведь существовала опасность, что нападающего поймают, а следовательно, Себастьян бы понял, что в игре замешана и третья сторона.
— Не было такого риска, — отрезал Даниэль и замолчал, не желая пояснять свои слова.
Я недоуменно нахмурилась. Откуда такая уверенность? Затем в памяти сам собою всплыл тот снежный вечер. Что-то царапнуло меня тогда. Какая-то мелкая деталь, которая показалась неправильной. Я еще хотела подумать о ней позже, но она вылетела у меня из головы.
«Хотя бы тело мне мог оставить для допроса?!» — неожиданно прозвучал в ушах гневный вопрос Себастьяна, обращенный к Янору. И тот странный разговор в карете, которая везла меня в дом главы Тайной канцелярии после известия о высылке Седрика из Итаррии… Тогда я решила, что Янор затеял эту непонятную беседу по просьбе Себастьяна, желая продемонстрировать, насколько безвыходно мое положение. Но ведь сам Себастьян ни разу ничего не сказал мне по тому поводу. Не похоже на него как-то. Ведь в другой раз, когда он проверял мою верность накануне королевского бала, его гнев не заставил себя долго ждать. А что, если Себастьян понятия не имел про первый мой разговор с Янором? Что, если тогда мой телохранитель действовал по собственному почину, осторожно прощупывая почву возможного предательства?
— О небо! — пораженно прошептала я. — Янор… Он работает на вас?
— Ну… Я бы так не сказал. — В темно-карих глазах Даниэля запрыгали смешинки. — У нас взаимовыгодное сотрудничество, так сказать. Сделка, условия которой я уже полностью выполнил.
— И в чем же она заключается? — с замиранием сердца спросила я. В голове не укладывалось, что я могла так ошибаться в Яноре. Да, мне совсем не нравилось то, чем он занимался в прошлом. Но я и помыслить не могла, что Янор — предатель! Он казался мне таким… надежным, что ли…
— Видите ли, моя милая сьерра, — Даниэль покровительственно улыбнулся мне, словно позабавленный таким наивным вопросом, — Янор — очень свободолюбивый человек. И его не привела в восторг идея работать на Тайную канцелярию. Увы, Себастьян из тех людей, которые не принимают отказов. Полагаю, вы имели несчастье убедиться в этом на собственном опыте. Поэтому Янору пришлось согласиться. Однако в глубине души он лелеял мечту когда-нибудь освободиться от этого весьма грубо навязанного сотрудничества. Беда в том, что Себастьян крепко держал его на поводке. Простите, не буду распространяться, что именно я имею в виду. Но вдруг появились вы. В этот момент, собственно, я и вступил в игру.
Даниэль наклонился и все-таки налил себе немного вина. Сделал глоток, видимо, смачивая горло после длинной тирады, затем вновь вальяжно откинулся, грея ладонью бокал.
