Минуты складывались в часы. Время тянулось томительно и бесконечно. И Лариса, уже совсем потеряв надежду, все-таки задремала. Очнулась она от какого-то шума, доносившегося с улицы. Вскочив, она тут же бросилась к окну. Понять что-либо в утренних сумерках было чрезвычайно трудно. Но во дворе что-то действительно происходило, это было очевидно по тому движению, которое с трудом, но можно было различить. Лариса вспомнила, что, когда Вован уходил, она не услышала скрежетания ключа. Она тронула входную дверь и убедилась, что она открыта.
Она тут же оделась и осторожно выскользнула в коридор. Где-то внизу слышались какие-то выкрики. На ее этаже все было тихо.
Она прошмыгнула на лестницу и замерла, но, похоже, ее судьба в данный момент никого не интересовала. До ее передвижений никому не было дела.
Стараясь не шуметь и чисто машинально прижимаясь к стенке, она спустилась вниз. Здесь было две лестницы, но какая нужна была ей, Лариса не знала.
Она выбрала ту, что справа. Но, спустившись на пол-яруса, она столкнулась с ухмыляющимся Вованом.
— Ты это куда? — хмыкнул он.
— В туалет, — спокойно ответила Лариса.
— Так это ты что-то не туда забрела. Тебя проводить надо.
— Не надо. — Лариса хотела повернуться и уйти, но он грубо схватил ее за руку и резко повернул ее к себе.
— А ты ничего, — низко наклонясь над ней, прошипел он. — Мы могли бы неплохо провести время.
И стал оглядываться в поисках подходящего приюта. У Ларисы тут же заболело плечо от его «нежных» прикосновений, а когда он попытался ее куда-то затащить, в руке у нее что-то хрустнуло. Лариса невольно вскрикнула от боли.
— Вован, — услышала она откуда-то снизу. — Ты где? Давай вниз, быстро! Быстро все вниз. Уходим!
Вован отбросил Ларису в сторону и бросился вниз. Она стукнулась головой о стену, но тут же вскочила и тоже рванула вниз.
Она выскочила на крыльцо дома и слилась со стеной. Кругом мелькали ребята в пятнистой форме. Где-то за домом слышалась стрельба. Лариса пыталась определить, как бы ей лучше пробраться к омоновцам, когда внутри у нее все похолодело от страха, медленно расползающегося по телу. Она почувствовала, как чья-то сильная рука сжала ей горло, а в голову ткнулось что-то холодное. Не стоило большого труда, чтобы догадаться, что за предмет это был.
— Тихо стоим, — услышала она над ухом голос Шабанова. — Будешь вести себя так, как скажу я, — не трону. Будешь артачиться — получишь свое сразу. Потом все равно не разберут, кто убил. Все понятно?
Лариса только кивнула, хватая ртом воздух. Заметив ее жест, Шабанов немного ослабил хватку.
— Ты навела?
— Нет, — хрипло ответила Лариса.
— Ладно, потом разберемся. А сейчас пошли.
Идти в таком положении было не очень удобно, к тому же пистолет у виска не придавал оптимизма. Ларисе было очень страшно.
— Шабанов! — неожиданно раздался голос из динамика. — Стой, где стоишь, и не двигайся.
— Убирайте всех своих! — прокричал Шабанов прямо над Ларисиным ухом. — Дайте мне свободно пройти. Тогда я ее отпущу.
— Шабанов, — продолжил чей-то спокойный голос, — ты же не бандит. Ты что, рехнулся? За убийство — вышка, у тебя другая статья, не дури. Отпусти ее.
От напряжения Шабанов снова непроизвольно сжал горло Ларисы, и ей показалось, что она уже видет ангелов. В глазах начало темнеть.
— Отпусти ее, — донеслось до нее откуда-то издалека, словно сквозь вату. — Я прикажу стрелять. У нас хорошие снайперы.
— Да пошли вы на х..! — Лариса скорее почувствовала, чем услышала, щелчок у себя над ухом.
Шабанов снял оружие с предохранителя. Она зажмурилась и тут же услышала хлопок. В следующую секунду она полетела в никуда…
Затем она почувствовала, как что-то мягкое поднимает ее куда-то и уносит. Ей стало почему-то очень хорошо и уютно. Лариса открыла глаза и чуть не закричала от ужаса. Звук застрял где-то в горле. На нее смотрели одни глаза, все остальное было черным. Поняв, что это «свои», она снова закрыла глаза. Слезы катились у нее из глаз, а она размазывала их кулаком, оставляя на лице грязные следы.
— Все хорошо. Давайте ее сюда, все кончилось.
Ее обнимал уже кто-то знакомый и близкий, но открыть глаза ей не хотелось.
Чья-то рука расстегнула ей куртку, и кто-то удобно усадил ее на что-то мягкое. Она открыла глаза и увидела встревоженное лицо Карташова.
— Все хорошо, — повторял он бесконечное число раз, прижимая ее к себе. — Ты молодчина!
Потом один из омоновцев предложил ей фляжку. Сделав довольно большой глоток, она закашлялась.
— Вы что, рехнулись? Это же спирт! — Это были первые ее слова.
— Все, — раздался откуда-то сбоку смех. — Кажись, ожила.
— Олег, — вдруг вспомнила она, — а архив?
— Все, — удовлетворенно хмыкнул Карташов. — Вот теперь точно ожила!
Олег, Лариса и Евгений втроем сидели на кухне и с аппетитом поглощали кулинарные шедевры Котова. Сам Евгений неотрывно смотрел на жену и слушал ее рассказ, открыв рот.
— Н-да, — наконец выдал он, — если бы не этот молодой человек, — кивнул он в сторону Олега, — то неизвестно, чем бы все это кончилось.
Олег улыбался, скромно опустив голову. А Лариса с благодарностью посмотрела на него.
