Лариса выходила из архива в совершенно подавленном настроении. Ощущение было таким, что она прошла мимо чего-то важного и не заметила. Ну был же этот Луценко свидетелем по делу, черт бы его побрал! Был! Значит, разговоры насчет Соколовой — это не старческий маразм.
Лариса села в машину и откинулась на сиденье.
— Да ладно тебе! — услышала она голос Олега и почувствовала его руку на своей. — Придумаем что-нибудь.
— Угу, — буркнула она. — Да, кстати, как там насчет старика Луценко? Есть заключение экспертизы?
— Есть заключение врача о том, что смерть наступила в результате остановки сердца, — ответил Карташов. — Это заключение главного врача клиники. У нас нет оснований не верить ему.
— А что, свою экспертизу нельзя провести?
— Для этого нет оснований, — пожал плечами Олег. — Если бы дедка нашли где-нибудь на улице, даже без следов насилия, то тогда конечно, а так — умер себе спокойно на больничной койке. Не загоняйся, — легонько похлопал он по руке Ларису.
— Не загоняйся? — тихо проговорила она. — Но как же это получается? Стоило мне поговорить с человеком, как на следующий день он умирает. И мне не надо загоняться?
Последние слова она буквально выкрикнула.
— Ну почему он не мог умереть сам? Почему ты везде видишь убийства? — В последнее время Олегу стало тяжело разговаривать с Ларисой.
Ему казалось, что она была настолько включена в дело, что не в состоянии думать ни о чем другом. А ведь можно было провести такой чудесный вечер, при свечах… А у нее, кроме трупов, на уме ничего нет.
— А архив? Почему там ничего нет? Не придумал же дедок перед смертью сказочку про белого бычка! — продолжала разоряться Лариса. — Понимаешь, там, в коридоре, кто-то был, когда я с ним разговаривала. Кто-то подслушал… А он мне что-то недосказал — это факт. Иначе в том деле мы бы все-таки что-нибудь нашли. И после этого он умирает…
— Совпадение, — хладнокровно отреагировал Карташов.
— Совпадение? — почти яростно посмотрела на него Лариса. — Фигу не хочешь? Конечно, Луценко мог и сам умереть. Но может быть, все-таки нужно сделать еще одну экспертизу, пока его не похоронили?
— Хорошо, — все так же спокойно сказал Олег, — я попробую что-нибудь сделать в этом плане.
— Спасибо, — наконец улыбнулась Лариса. — Да, кстати, как там наш директор поживает? — Она непроизвольно потрогала себя за шею. — Показания дает?
— О да! — Олег был рад смене темы разговора. — Еще как дает! Он совершил большую ошибку, что вообще связался с тобой. Это его собственные слова. Так бы он работал себе потихоньку и работал, мы бы его точно не накрыли… А тут похищение, да и сопротивление при задержании. Тут одними чистосердечными признаниями не отделаешься.
— И что интересного он говорит? В чем там криминал?
— В торговле наркотиками он не признается ни в какую. Везде уже сделали обыск, но результат нулевой. Единственное, что мы нашли, — это кучу левых лекарств. Они не проходят ни по каким документам. Похоже, этим они и занимались. Продавали лекарства в клиники без накладных. Ни налоги тебе платить не надо, ни таможенных пошлин, ничего. Все счастливы и довольны. Некоторые лекарства, между прочим, давно просрочены. А как они торговали, кто у них покупал — тайна сия велика.
— В убийстве девчонок, конечно, не признается…
— Конечно, нет. — Олег даже улыбнулся. — Да и не его это стиль, как я понял. У него чистая экономика: левые лекарства, бабки, уход от налогов. А мокрые дела — это не то. К тому же таким извращенным способом.
— Да, я видела его братков. Они бы скорее тихо грохнули где-нибудь из пистолета с глушителем без заморочек насчет процедуры искусственного вскармливания, — согласилась с Олегом Лариса.
Она несколько пришла в себя, завела машину, и они поехали. Олег покосился на Ларису, но предложить ей зайти к себе, когда она его высадила у дома, не решился. По ее лицу было видно, что она не здесь и не с ним.
Он вздохнул и попрощался. Лариса, ничего не ответив, поехала дальше. Она действительно была не здесь. Ее мозг мучительно искал ответ на, казалось бы, такой простой вопрос: почему фамилия старшей медсестры Соколовой не упоминалась в деле?
Котов сидел на кухне и нервно курил.
— Лара, неужели нельзя было позвонить? — начал он сразу, как только она вошла.
Лариса удивленно посмотрела на него, а потом на часы. Девятый час. Детское время.
— Евгений, — поморщилась она, — ну ты что, времени еще совсем мало.
— Тебе звонили, — как-то грустно сказал он. — Вон номер телефона. Просили перезвонить.
Лариса взяла бумажку с номером и вышла из кухни. Зайдя к себе в спальню и растянувшись на кровати, она взяла аппарат и набрала номер. На том конце провода она с удивлением услышала голос Сергея Курского.
— Лариса, это ты? — спросил он настороженно.
— Да. Что-нибудь случилось?
— Нет, просто я соскучился и решил позвонить. Тебя весь день не было в клинике. У тебя все нормально? Или, может быть, ты уже нашла преступника? — совершенно серьезно, без тени насмешки, спросил Сергей.
— Нет, никого я пока не нашла, а насчет того, что у меня все нормально… в нашей жизни все относительно.
