— Но я не могу оставить Стаса… — попыталась возразить я, но Марина Дмитриевна покачала головой.
— Я сама всё решу. Куплю нужные лекарства, подготовлю необходимые документы. А ты езжай домой, отдохни как следует.
Мне пришлось с ней согласиться и уехать домой на такси. Но только домой к тёте, ведь в доме, где последнее время я жила со Стасом, мне будет очень сложно. В одиночестве я там с ума сойду.
Сунув ключ в замочную скважину, я открыла дверь и вошла в дом. На звуки открывающейся двери пришла тётя Оля.
— О, Лиса! Как хорошо, что ты пришла, у нас как раз гости, — радушно улыбнулась тётя, и из гостиной показалась Карина.
— Лиса, я не могла до тебя дозвониться, вот и приехала к тёте Оле! Ты где была? — возмущенным тоном спросила Карина и тут же замерла, видя моё бледное как смерть лицо, — Что с тобой? На тебе лица нет.
Вместо ответа я залилась слезами и бросилась в объятия подруги. Тётя и Карина смотрели на меня с удивленными лицами, хлопая глазами.
— Стас… Он… — всхлипнула я, давясь собственными слезами. К горлу пристал тяжёлый ком, который мешал мне что-либо сказать, но тётя и Карина терпеливо ждали, пока я отдышусь и продолжу, — Стас умирает… — прошептала я, уткнувшись носом в плечо подруги.
Тётя Оля и Карина ошарашенно переглянулись, не зная, что можно сказать в данной ситуации.
— Что произошло? — с круглыми глазами спросила тётя.
— Он задыхался… Потом… Потом упал, и его увезла скорая… — тяжело дыша, пробормотала я, — Стас не может сам дышать… Он лежит под аппаратом искусственной вентиляции лёгких… Стас… Туберкулёз… Он может умереть…
Карина шокировано смотрела на плачущую меня, а потом крепко обняла обеими руками. Ни она, ни тётя больше не стали распытывать, видя, в каком я состоянии. Они уложили рыдающую меня в постель, накрыв одеялом. Тётя Оля ушла на кухню и позвонила матери Стаса, ведь от моих всхлипываний она практически ничего не поняла, а распытывать было бессмысленно, да и крайне опасно на столь раннем сроке беременности.
— Тс-с, милая моя… Не плачь… — Карина укутала меня в одеяло и села на край кровати, ласково глядя мои волосы, — Всё будет хорошо… Ты ведь носишь его ребенка… Стас выздоровеет, и вы поженитесь, ты родишь ему ребенка…
Я перевернулась на спину, глядя на подругу заплаканными глазами.
— А как у вас с Давидом? Ты рассказала ему о беременности? — всхлипнув, я вытерла глаза ладонями.
— Да, — кивнула Карина, — Он очень обрадовался, и мы скоро поженимся.
— Я рада за вас, — прикрыв глаза, я слабо улыбнулась, понимая, что у меня может не быть подобного исхода, и что я вряд ли буду так же счастлива, как Карина сейчас. Я уже не смогла остановить тот поток слёз, который застилал мои глаза.
— Лис… Прошу тебя, не плачь… — подруга положила руку на мою красную щёку, — От этого только хуже становится. Уверена, твой Стас не хотел бы видеть свою беременную возлюбленную плачущей.
Я перевела свой взгляд на стену, где по-прежнему висело фото Стаса, которое я когда-то забросала дротиками. От фотографии веяло очень теплыми воспоминаниями тех времён, когда я возненавидела Стаса, даже не узнав всей правды. Я невольно улыбнулась, слегка прикрывая глаза.
— Ты права. Он бы не хотел… — согласилась я с подругой, медленно кивая.
— Ну вот. Лучше полежи, отдохни, — поглаживая мою щёку большим пальцем, Карина улыбалась, — Посмотрим, что будет завтра.
Как только Карина ушла, я закрыла глаза и сама не заметила, как от утомленности погрузилась в сон.
Я шла по длинному коридору, который, казалось, никогда не закончится. Где-то вдалеке я услышала детский плачь и ускорила шаг. Около маленького свёртка я заметила силуэт мужчины, который мне очень напомнил Стаса. Такие же широкие плечи, высоко задранный подбородок и густые волосы, которые были, как всегда, хорошо уложены.
Как только я приблизилась к мужчине, детский плачь прекратился, и я наклонилась к свёртку, где ожидала увидеть младенца, вопли которого слышала совсем недавно. Я взяла в руки белый свёрток, но не обнаружила в нём ничего и никого.
«Где же ребенок?»— спросила я, обращаясь к мужчине. Тот лишь пожал плечами и забрал из моих рук пустой свёрток. Когда он бросил его за свою спину, я ошарашенно захлопала глазами, — «Стас, что ты делаешь?»
Мужчина приложил свой указательный палец к моим губам, принуждая замолчать.
«Не называй моего имени…»— шепотом попросил он и притянул меня к себе за подбородок.
Я хотела ещё что-то сказать, но из-за спины Стаса показалась блондинка, лица которой я не смогла разглядеть. Обняв мужчину за плечи, она принялась целовать его шею, заставив меня выпучить глаза от шока. Открыв рот, я не смогла произнести ни слова, только охнуть. Стас не отталкивал блондинку, а наоборот, отвечал на её ласку. Его губы жадно посасывали её губы, а руки раздевали. С квадратными глазами я наблюдала за всем этим, но когда Стас свободной рукой стал тянуть меня к себе, я резко отпихнула его и убежала.
