А вместе с ней и саму бурю. Да что там выключил! Такое сложилось чувство, будто некая магическая рука переключила программу, и вместо вулканического склона и неминуемо надвигающейся ревущей стихии Фирс, хлопая глазами, ошарашено смотрел на… живописнейшую долину!
— Святая Мария Богородица!.. — беззвучно прошептал полковник. Естественно, он не верил собственным глазам; естественно, его разум полагал, что находится под влиянием какого-то наваждения; естественно, ирреальность ситуации выбила его из колеи.
Но…
Там, где раньше высились акульи зубы острых скал, теперь цвела прекрасная долина, пестрая и благоухающая даже визуально. Туман пропал, кристальной чистоты воздух, казалось, звенел в лучах теплого, такого милого солнышка! По небу не спеша летели кучевые облака, а выше них, где то на границе со стратосферой в красивом узоре расположились облака перистые. На горизонте возвышалась могучая цепь гор, украшенная шапками ледников, а там, где полагалось находиться гигантской пропасти, сверкали волны голубого океана.
Фирс сел, отстегнул и снял шлем. Прохладный, бодрящий ветерок прошелся по вспотевшим волосам и лицу полковника, в нос ударил чудеснейший аромат цветов и трав. Все вокруг так и цвело, так и манило; после удручающего выжженного пейзажа и извечной пыли красота и буйство красок вокруг казались миражом, легкой дымкой, затянувшей бьющийся в предсмертных судорогах мозг.
Фирс снял перчатки, сорвал пучок сочной темно-зеленой травы и размял его в пальцах. Трава была самая что ни есть настоящая, реальная, мягкая и приятная на ощупь. Полковник понюхал пальцы: да, это настоящая трава, всамделишная, не обманка.
Но как?!
Из брошенного рядом шлема раздался зов Спартона:
— Всем отозваться! Восьмой!
— Здесь восьмой!
— Пятый!.. Второй!.. Двадцатый!.. Тринадцатый!.. Все в сборе, сэр! Все целы!
— Фирс! Немедленно наденьте шлем!
Полковник, шатаясь, поднялся на ноги и направил растерянный взгляд на выросшего будто из-под земли майора.
— Это что, Рай? Ваше Царствие? Мы погибли?
— Мы не погибли, полковник, — отрицательно мотнул головой Спартон. — Возьмите себя в руки и наденьте шлем. Буря может повториться.
— Но что это было? Посмотрите сами, какая буря?! Мы ведь уже не в Преисподней вовсе, мы где-то в другом месте!
— Это Преисподняя, сэр, она так же обманчива, как мираж в пустыне, и так же опасна, как трясина. Я бы с великой радостью сейчас вместе с вами оказался на Небесах, но мы все еще в Аду. И нам стоит опасаться фокусов вроде только что увиденного.
Полковник с неизлечимой печалью окинул долину и океан взглядом. Он так хотел бы, чтоб окружающее не принадлежало Аду! Ну не может такая чудная долина, такое светлое небо и такое веселое солнышко быть частью самого мрачного места во вселенной, частью Ада!
С великим трудом он взял себя в руки, поднял шлем и пристегнул на место. забрало он, тем не менее, оставил открытым, хоть Спартон из-под бронестекла своего шлема настойчиво советовал шлем закрыть. Кто-то из бойцов поднес полковнику оброненное оружие.
— Продолжим движение по ранее намеченному вектору, — сказал Спартон. — Я слыхивал о подобных переменах в Яугоне. Они периодичны и повторяются примерно каждые девять часов. До следующей перемены мы должны преодолеть горы и спуститься по другую их сторону.
Группа вновь образованным полумесяцем двинулась дальше. Через две мили наконец-то склон закончился, и обнаружилось, что это и в самом деле потухший вулкан. На дне глубокого, поросшего кустарником кратера серебрилось прозрачное озерцо.
— Сэр, обнаружил двенадцать объектов. Размер до двух футов. По направлению к центру кратера!
Вся группа мигом повернула стволы винтовок вниз, к озеру. Но ничего подозрительного там не было, лишь стайка каких-то птиц, возможно, уток, спокойно плавала по водной глади, не обращая на бойцов совершенно никакого внимания. Спартон приказал не останавливаться и двигаться далее, а сам еще какое-то время смотрел на птиц, о чем-то думая.
Начался спуск. Приминая траву и прекрасные цветы, солдаты стали продвигаться быстрее, чем на подъеме. Примерно на полпути к подножию вулкана сержант Хастер вдруг упал ничком:
— Всем лечь!
Группа завалилась в мягкий растительный ковер. Пока полковник гадал, что встревожило вампира, Спартон достал бинокль и приставил его прямо к стеклу шлема. Полковник, вспомнив, что в запасе у него тоже есть такой бинокль, повторил за майором и стал всматриваться вдаль. Сначала он ничего не видел, но вскоре электронные объективы бинокля наткнулись на вовсе уж сбивающую с толку картину: в небольшой ложбине меж вулканических гор лежала небольшая деревушка домов в тридцать. Все дома были аккуратно сложены из глиняных кирпичей, с красивыми желтыми крышами, очевидно, соломенными; вокруг каждого домика был разбит не то сад, не то огород, где копались в своих посадках самые обычные с виду люди. Пожалуй, картина соответствовала средневековой деревушке где-нибудь в Европе, скажем, в Западной Германии. Или в Италии…
