— Я привязан к нему во всех возможных смыслах. И наша связь нерушима. Находясь от него на расстоянии, я в прямом смысле испытываю боль. И чем больше между нами дистанция, тем эта боль сильнее. Переездом в Англию я обреку себя на скорый конец. Мой организм не выдержит и съест себя изнутри.
Декс вытаращился на него.
— Охренеть. То есть ты хочешь сказать, что можно и в самом деле умереть от разлуки?
Хадсон мрачно кивнул.
— Зверь внутри, скорее сожрет нас обоих, но не будет жить без своей пары.
Твою ж мать!
— Неужели… это значит, что даже в отпуск за пределы штата невозможно слетать?
— Отпуск — это не навсегда. Поверь мне, твое тело ощутит разницу. Спустя какое-то время обычная тоска по дому превратится в сущий кошмар. — Хадсон накрыл руку Декса своей ладонью и, слегка стиснув ее, заглянул ему в глаза. — Вот каково это, Декс. Приняв метку, ты вверяешь ему себя без остатка. И этим я не намереваюсь тебя напугать. Ведь впереди тебя ждет столько прекрасного. Ты поймешь какими яркими красками расцветится твоя жизнь. Сможешь ощутить, как и без того приятные ощущения усилятся десятикратно. И как каждая клеточка твоего тела в буквальном смысле будет трепетать в ожидании его прикосновений.
Хадсон улыбнулся, и его взгляд был пропитан такой любовью, что у Декса перехватило дыхание.
— Тебе не составит труда в любую секунду воскресить в памяти каждый изгиб его тела, каждый шрам или веснушку. Любая пауза в разговоре скажет тебе больше, чем тысяча слов до этого. Он будет нужен тебе как никогда. Видеть его, чувствовать, касаться — станет для тебя жизненно необходимым. Если он будет страдать от боли, ты узнаешь об этом сразу, и в этот момент тебе покажется, что твое сердце вот-вот разорвется на части. Так, что тебе нужно научиться контролировать свои чувства.
— Я могу себя контролировать. Большую часть времени. Если нужно.
Хадсон покачал головой.
— Тебе наверняка еще не пришлось столкнуться с подобного рода эмоциями, иначе б ты не был так в себе уверен. Любой, кто посмеет хоть пальцем его тронуть, вызовет у тебя подозрения. Ты будешь ревновать его к каждому столбу, независимо от того, есть на это причины или нет. Так что придется учиться держать себя в руках.
— П-ф-ф! Да я вообще не из ревнивых.
Хадсон недоверчиво вздернул бровь.
— Ну ладно, может самую малость.
— Все обладатели подобной метки подвержены одним и тем же эмоциям по отношению к своей паре. Поначалу, когда его нет рядом, тебе плохо, тошнит, ты чувствуешь общее недомогание. Когда он ранен или в беде, ты чувствуешь его боль. Но некоторые переживания сугубо индивидуальны. Ты можешь так никогда и не испытать то, через что прошел я. И наоборот.
— А что насчет смерти?
— Несколько случаев имели место быть, но я бы не стал утверждать, что так будет со всеми. Во всяком случае, у меня не возникло желания проверять, и тебе не советую.
— Вряд ли я захочу. — Декс не намеревался переплывать океан, только затем, чтобы понять, что он не может жить без Слоана. Буквально.
— А теперь возьми все то, что я тебе сказал, умножь на десять и поймешь, что Слоан чувствует по отношению к тебе.
Декс вытаращился на него.
— Ты не единственный, кому нужно учиться жить по новым правилам. Слоану намного сложнее. Помимо всего прочего, ему постоянно нужно укрощать своего внутреннего зверя, ведь тот может быть смертельно опасен. Поэтому необходимо все время о нем заботиться и показывать, что ты всегда будешь рядом и никуда не уйдешь.
— Но он и так это знает.
— Слоан да. Но зверь — это совсем другое. Он может не понимать этого и находиться в постоянном страхе, что тебя у него отнимут. Ты должно быть не раз замечал, как резко меняется его взгляд при появлении малейшей угрозы. Как обостряются до предела инстинкты. Тогда Слоану просто необходимо успокоить зверя и прикоснуться к тебе, убедиться, что ты рядом, отыскать взглядом и отметить всех, кто тебя окружает.
Что ж, с этой стороной Декс уже познакомился в тот вечер, когда они вчетвером выбрались потусить. Все закончилось не очень хорошо. Декс вдруг вспомнил кое о чем и, собравшись с мыслями, спросил.
— Кода Себ отметил тебя, что-то еще изменилось? Ну, помимо того, что ты только что мне сказал. Поменялось ли что-то внутри тебя?
Хадсон задумчиво склонил голову на бок.
— Как я и говорил, у всех этот процесс протекает индивидуально. Но кроме того, что мы только что обсудили, внутри себя я не заметил никаких изменений. Но опять же, мы с Себом оба терианы, меняется ли что-то внутри у людей я не знаю. Такие узы и без того большая редкость, но еще реже они встречаются между терианами и людьми.
Это Декс тоже уже уяснил. Кажется все, что ему остается, это просто ждать и надеяться на то, что все будет хорошо.
Хадсон бросил быстрый взгляд на часы.
— Ах, мне ужасно жаль. Я обещал Нине пообедать вместе.
— Как у вас с ней дела? — В последний раз, когда Декс видел их вместе, Хадсон был сильно обижен тем, что Нина скрывала от него отношения с Рэйфом. Терианом, который день ото дня превращал жизнь Хадсона в ад, после их с Себом расставания.