— Надо, да. Временно. В целях безопасности. Не более того, — отчеканил оборотень слишком уж неожиданно враждебно. — Так что, если вдруг в твою милую головку взбредёт что-либо иное… Не утруждайся, Ангелина. Всё останется, как я и обещал тебе прежде, — поравнялся со мной в считанное мгновение, отбирая из рук тарелку с виноградом, отставив ту в сторону. — Я достаточно ясно выражаюсь? — закончил тихо и вкрадчиво, склонившись совсем близко.
Ещё и за талию обхватил, явно не собираясь отпускать, если сбежать надумаю.
Вот что за привычка постоянно вторгаться в моё личное пространство?!
Аж бесит!
Потому что нравится!
Нравится его близкое присутствие. Нравится вдыхать горький аромат кофе с апельсином. Нравится, чувствовать тепло его тела, ладоней. Чувствовать его самого, как саму себя. Нравится, как он смотрит на меня. Эта жажда в его взгляде…вызывает желание подчиняться… прикоснуться к нему…
С ума сводит…
И это бесит ещё больше!
— Вполне, — мило улыбнулась ему, желая вернуть себе тарелку и расколотить ту о рыжую голову собственного супруга, чтоб ему пусто было! — Я ж тебе жизнь испорчу, Оливейра! — пообещала всё с той же милой улыбкой, накрутив галстук на свою ладонь и потянув на себя. — Ты меня проклинать же будешь! — подалась вперёд, практически целуя оборотня. — Вот зачем оно тебе?
Воздух вокруг нас сгустился, а огненный волк шумно и глубоко вдохнул.
— Ты мне жизнь уже и так давно испортила. И проклинать тебя за это больше, чем уже есть, я вряд ли буду, — флегматичным тоном заявил он. — Не очень впечатляющая угроза, в общем, солнечная моя, — подвёл нехитрый итог, касаясь моих губ своими, а ладонь на моей талии сжалась крепче.
Что?!
Я испортила?!
— Я испортила?! — повторила уже вслух довольно громко. — Я? — чуть прогнулась в спине назад, увеличивая нашу дистанцию, насколько это было возможно в моём положении. — Ты ещё скажи, что это я заставила тебя на мне жениться? Если ты понял, кто я такая, то должен был так же помнить, что я не горела желанием заключать с тобой этот чёртов брак! Наоборот, не раз говорила, что желаю обратного! И вообще, достаточно было сказать, что ты знаешь, кто я, и я бы исчезла из твоей жизни, будто меня и не было! Сам же молчал, — ткнула пальцем ему в грудь, — а я теперь виновата?! Да… Да… Да пошёл ты, Оливейра! — толкнула его, намекая, чтобы отпустил.
Не тут-то было. Наоборот. Мёртвой хваткой вцепился, не позволяя и на миллиметр от него снова сдвинуться.
— То есть, получается, ты у нас как бы совсем не причём, а я тут — этакий великий грешник, да? — прозвучало в открытой насмешке.
В отличие от меня, кажется, оборотня вообще всё устраивало. Вон как улыбался широко и даже, вроде как, добродушно. К тому же, совсем обнаглев, он обхватил свободной рукой мой затылок, вынуждая вновь чувствовать на своих губах привкус чужого дыхания.
— А что я такого сделала? — сделала удивлённые глаза. — Работала себе тихо-мирно-спокойно, никому не мешала, никого не трогала, хлопот не доставляла, — принялась перечислять, стараясь не думать о том, что достаточно одного миллиметра, чтобы вновь сорваться в ту же пропасть, что и вчера. — Наоборот, радела за ваше спокойствие и безопасность. Охране за вас отомстила, — ввернула возмущённое. — Чего вы даже не оценили! — дополнила обиженно. — Ещё и девиц ваших из офиса выпроваживала, чтобы вас не доставали. А вы ни разу, ни малюсенького "спасибо" не сказали! — показала на пальцах размер ожидаемой благодарности. — И вообще… — замолчала, чтобы вдохнуть в себя побольше воздуха (а то что-то выдохлась прям) и продолжить: — А вы меня ещё и премии постоянно грозились лишить. И дразнили постоянно. А ещё… Вот зачем вы мне, синьор Оливейра? — показательно осмотрела его скептическим взглядом. — После всех разноцветных-то ваших… — скривилась. — Я предпочитаю всё новое и с гарантией! — закончила гордо.
Луна! Главное, самой не расхохотаться!
Оливейра, вон, уже едва сдерживается, судя по смешинкам в бирюзовом взоре.
— Хороший вопрос, — далеко не сразу обрёл дар речи оборотень. — Тот, что первый, — внёс уточнение. — А насчёт второго… — нахмурился, хотя в глазах по-прежнему плескалось лишь веселье. — Вот прям чтоб обязательно с гарантией? — прищурился. — Ты как себе это вообще представляешь?
Всё остальное он наглейшим образом проигнорировал.
— Вот! Даже гарантий никаких! — совсем "расстроилась". — Но вообще… — задумалась. — Можно штамп поставить, — предложила. — Хотя нет. Боюсь, на вас уже и ставить некуда эти штампы. Другие наставили, — снова вздохнула. — Нет, синьор Оливейра. Ваше предложение не совместимо с реальностью, — вздохнула наигранно грустно. — С вами никаких гарантий. Совсем.
Теперь оборотень смеялся уже в открытую.
— А у тебя самой гарантия, конечно же, имеется? — поинтересовался всё с тем же смехом.
Хмыкнула в ответ.
— Конечно, — покивала с умным видом. — Вами же использованная, — окончательно рассмеялась.
