Ответом послужила полная предвкушения и обещания улыбка. И вот чего не ожидала, так того, что меня буквально в считанные мгновения уложат на стол, на котором я сидела совсем недавно. Ни удивиться, ни возмутиться подобному произволу не успела.
— Неоднократно использованная, — проговорил Рафаэль то ли мне, то ли просто мысли вслух озвучил, слегка потянув за майку, где был принт с бантиком, сосредоточившись на собственных действиях.
По телу от его действий пробежала дрожь, приятной истомой разлившись внизу живота. И в горле резко пересохло, а воздух стал вязким, отчего стало трудно дышать. Хуже всего то, что как бы я ни сопротивлялась морально этой неестественной тяге, тело откровенно предавало свою хозяйку, стоило только Рафаэлю прикоснуться ко мне. Наоборот, мне становилось мало. Всего. И его самого в том числе.
Вот и сейчас вместо того, чтобы попытаться уйти, я замерла, не в силах пошевелиться. Предвкушая дальнейшее.
— Всё-таки вы ужасный грубиян, синьор Оливейра, — запоздало отозвалась на его заявление. — Великий и Ужасный, — привычно отшутилась, сходя с ума от промедления в действиях огненного волка.
Впрочем, не так уж и долго оно длилось.
— Сама снимешь, или тебе помочь? — поинтересовался, будто и не слышал ничего особенного в свой адрес, частично стаскивая с меня верхнюю часть пижамы.
— Это был вопрос, утверждение или предупреждение? — произнесла со смешком, самолично помогая лишить себя одеяния.
Обсудили развод, угу…
Сейчас моё замужество и не казалось чем-то таким страшным и ненужным. Скорее, естественным.
И лишь где-то в глубине что-то царапало, не давая окончателньо забыться рядом с Оливейра, вынуждая удерживать дистанцию в наших отношениях.
Впрочем, все эти мысли и сомнения одолевали меня совсем не долго. Стоило только оборотню уложить ладонь мне на живот и вдавливающими массирующими движениями провести выше, к груди, как то осталось где-то за гранью разумного. Меня буквально вышвырнуло из настоящего в самое пекло Ада, где властвовал один единственный. Тот, от взгляда которого я впадала не просто в ступор, а готова была послушной рабыней идти за ним следом, лишь бы только он не переставал на меня так смотреть. Горячо. Даже обжигающе. С некоторым восхищением, что ли. Хотя последнее, возможно, мне лишь казалось, но очень хотелось верить, что — нет. Слишком приятно ощущать себя особенной. А ещё захотелось тоже снова увидеть его без одежды.
— Значит, снять… — протянула я напоказ задумчиво в продолжении его последнего вопроса, глядя на пуговички на рубашке огненного волка.
Их и принялась расстёгивать, постепенно оголяя мужской торс.
Что удивительно, Рафаэль не останавливал. Правда, пришлось обратно сесть и повернуться к нему лицом для удобства, чтобы продолжить начатое. Закусив губу, развела полы рубашки в стороны, приспустив её с плеч. Теперь уже я изучала линии тела Рафаэля. Провела пальцами по ключицам, по шее, чуть надавив на кадык, спустилась ниже к солнечному сплетению и дальше — животу, чуть царапнув у самого края брюк.
— Ты красивый, — призналась честно. — Красивей, чем на фотографиях.
В конце концов, это даже не столько комплимент, сколько я просто констатировала факт. Да и оборотень, думаю, без меня это прекрасно знает. Вряд ли я первая ему сказала подобное.
Не дожидаясь ответа (да он и не нужен мне был), подалась вперёд и поцеловала его в шею. Чуть прикусила и оттянула кожу, оставляя едва заметный красный след на надплечье, где когда-нибудь будет чья-то метка. Оборотень рвано выдохнул, тут же шумно втянув в себя воздух.
— Не настолько, как ты, солнечная моя, — пробормотал тихонько, одним едва уловимым жестом избавив меня от оставшейся части пижамы.
— Эй! — возмутилась я на такое самоуправство. — Я ещё не закончила!
Я же только во вкус вошла, изучая его тело, а он меня уже раздевать вздумал!
— Да кто тебе мешает? — нисколько не проникся важностью момента. — К тому же, я давно предлагал тебе снять пижаму самостоятельно, — ухмыльнулся, притягивая к себе ближе, обхватив за бёдра.
— Коварный-коварный, Огонёчек, — отзеркалила его ухмылку. — Так я красивее? — уточнила со смешком и точно так же, как он до этого, избавила его от рубашки, банально разорвав ту на две половины. — Теперь всё по-честному, — заявила важно.
— Ты… идеальна, — отозвался на часть фразы.
— Пф… Я знаю, — отшутилась на его комплимент. — Придумай что-нибудь новенькое.
Смутил всё-таки!
— Так на чём мы остановились? — задала риторический вопрос, глядя на свисающие с каждой руки куски белой ткани, которые просто снова оторвала, бросив их на пол.
— Пижамы на тебе больше нет, но ты всё ещё одета. И это совсем никуда не годится, — покачал головой и слегка прищурился в явном ожидании, уставившись куда-то в сторону.
Проследила за его взглядом и наткнулась взглядом на вазочку с вишнёвым вареньем.
М-м-м…
