Уилсон действительно задумался над моими словами, театральная усмешка пропала с его лица, а брови сдвинулись к переносице. Мне показалось, что в затянутых обидой и ненавистью синих радужках я смогла разглядеть огонек здравого смысла. Он смотрел в мои глаза, и его плечи расслаблялись, а лицо светлело, но затем я надавила на его кожу чуть сильнее, и он медленно перевел взгляд на свой бицепс и мои холодные пальцы на нем. Зачатки благоприятного настроя исчезли, оставляя место неистовой, необъятной ярости. Уилсон дернул плечом, сбрасывая мою ладонь, склонил голову набок и усмехнулся:
– По-взрослому? Это как же, просто переспим?
И вдруг я поняла, что музыка стала играть тише, а девушки больше не веселились. Все они, словно зрители в первом ряду, с любопытством наблюдали за разворачивающейся драмой. Я неловко взглянула на них, а затем посмотрела на него.
– Рэй, – едва слышно прошептала я.
Он больше не улыбался, пристально следил за каждой эмоцией на моем лице, но затем вдруг отвел взгляд, словно даже смотреть на меня ему было больно. Грубо схватил меня за плечо и потащил через гостиную на кухню. Я перебирала ногами, едва не спотыкаясь, ведь он несся словно метеорит. Когда мы оказались на кухне, Рэй немного небрежно оттолкнул меня и отвернулся. Подняв руки, уперся ими в подвесной кухонный шкаф. Бутылка виски, все еще зажатая в его руке, звучно ударилась о деревянную панель.
– Поздравляю с новой должностью, – безжизненным голосом сказал он.
Я прикусила губу и дернула головой:
– Все не так…
– Все не так, как я понял, верно? – громко спросил он, резко оборачиваясь. – Давай я расскажу, что я понял: ты сказала, что я плохая ставка, но согласилась быть моей подругой и заниматься сексом. Я доверился тебе, признался в своих чувствах, обнажил перед тобой душу, позволил узнать себя так, как меня не знают даже собственные родители, рассказал об Эве, впустил в свою семью! – Он принялся расхаживать вдоль кухонного острова, едва не пылая от гнева. Я обхватила себя руками в защитном жесте. Рэй остановился, уперся ладонью в столешницу и взглянул на меня исподлобья. – А ты все это время использовала меня, чтобы продвинуться по карьерной лестнице.
Его лицо исказилось от отвращения. Я могла сколько угодно оправдываться, сказать, что пожалела, изменила свое решение, как узнала, какой он на самом деле, но сути это не изменит: я действительно использовала его.
Именно поэтому кухня погрязла в тишине. Мне нечего было сказать. Почувствовав невыносимую потребность в воздухе, я вдохнула, судорожно всхлипывая. Он не простит меня.
Устав ждать от меня ответа, Рэй оттолкнулся от столешницы, придвинулся ко мне и коснулся моей щеки, с не свойственной его настроению нежностью заправляя локон волос мне за ухо. Я прикрыла глаза, слезы стекали к моему подбородку и падали на грудь, пропитывая футболку.
– Было время, когда я думал, что больше не смогу жить без тебя, но сейчас я едва могу смотреть на твое лицо. Уходи, тебе здесь не место. – Не отрывая взгляда от моего лица, он сделал несколько глотков виски. – Сразу две «о».
Рэй опустил руку и прошел мимо меня, направляясь в гостиную, но я резко схватила его за запястье. Он напрягся.
– Перестань, прошу, ты ведь не такой.
И эти слова стали его последней каплей. Рэй взорвался, бутылка с виски пролетела над моей головой, послышался звон разбивающегося стекла, когда она ударилась о стену. Он схватил меня за обе руки и притянул к своему обнаженному торсу.
– Думаешь, что обвела меня вокруг пальца, думаешь, что раскусила, что знаешь, какой я на самом деле? – зарычал он. – Ты трахалась со мной ради должности в журнале для тупых цыпочек, а я потому, что просто хотел сравнить тебя и Трейси. И знаешь что, Кирби? В отличие от тебя, твоя сестра никогда не разочаровывала меня в постели.
– Она мне не сестра.
– Тем лучше для нее, – фыркнул он, нанося мне последний болезненный удар. – Ты говорила, что любишь честную игру, но солгала. А я… никогда не обещал тебе играть по правилам. Так кто из нас злодей, Кирби? Тот, кто всегда был до неприличия честен, или та, кто строила из себя праведницу, а затем без зазрений совести солгала? Ответ очевиден.
Он отпустил меня в тот самый момент, когда в кухню зашли его девочки. Я резко провела рукавами по щекам, надеясь хоть немного привести себя в порядок.
– Рэй, нам скучно, ты скоро?
– Да, уже иду, – ответил он, затем обратился ко мне: – Забыл вас всех познакомить. Это Кейт и Рика, Фелис и… Черт, четвертая – Алиссия, и, как там тебя, Шэрон, верно? Прости, Кирби, ты можешь быть седьмой сегодня.
– Спасибо, обойдусь, – пробормотала я.
Его подружки захихикали.
– Точно? Я ведь готов посвятить тебе целый час. – Он улыбнулся как настоящий сукин сын, и схватил одну из девушек пальцами за щеки, не разрывая со мной зрительного контакта.
– Боюсь, после всех твоих пассий ты будешь не в форме, Рэй.
– Можешь не беспокоиться из-за этого, я ведь игрок, – сверкнул он немного издевательской улыбкой.
