Кроме председателя правительства, министра обороны, глав КГБ, МВД, и генерального секретаря КПСС, на стульчике, чуть сбоку сидел полноватый, краснолицый и отдышливый мужчина в форме военного лётчика, и как только заседание началось, он сразу встал и понёс жечь глаголом. Там присутствовало и безответственное поведение Калашникова, и создание аварийной ситуации, и неуважительный тон в радиопереговорах, и даже занятие волны, не предназначенной для него, и нарушение норм секретности. В общем какой-то унылый ворох несвежих тряпок. Даже терпеливый генерал Игнатов, морщился выслушивая речь главы Комитета по освоению космического пространства Иванцова.
— Что скажете, Никита Анатольевич?
— Да много что могу сказать. — Никита покачал головой. — Для начала, я хотел бы попросить военнослужащего советской армии, генерал-майора Иванцова, обращаться ко мне, как это регламентирует устав внутренней службы, без всяких эпитетов вроде, зарвавшегося мальчишки, и прочих. Конечно дуэли отменены, но я уверен, что у меня есть масса возможностей, сделать так, чтобы товарищ генерал-майор пожалел о сказанном.
Далее перейдём к самой ситуации. Приобретённый мной за личные средства летательный аппарат зарегистрирован в соответствии со всеми требованиями, и разрешение на полёт получено. Хочу пояснить присутствующим, что станция Мир, это по сути летающий кирпич. Изменить его траекторию очень сложно и затратно, и сверхманевренный корабль планетарного класса, конечно же куда более безопасен, чем станция, представляющая собой летящую в пространстве бочку, забитую топливом и людьми. Я бы мог, запросить у генерал-майора Иванцова список научных открытий, сделанных на орбите, но мне проще подарить отряду космонавтов учебник «орбитальные технологии производства» стоящий тысячу единиц в магазине, чем доказывать расточительность и убыточность такого способа продвижения науки. Ну и последнее. Не будь в отряде космонавтов лично мне знакомых и очень хороших людей, я бы уже сейчас послал весь Комитет по освоению денег, простым маршрутом, но уверен, что эти консервные банки ещё дадут нам гари в смысле аварийности, и спасать людей будет кто? Да всё тот же зарвавшийся мальчишка, позёр, и кто там?… Ах, да, никчёмный болтун, корабль которого нужно конфисковать для передачи комитету по освоению космоса.
Как член Совета Обороны, я на следующем заседании поставлю вопрос, о замене председателя комитета по освоению космического пространства на более вменяемого, договороспособного и информированного человека. У меня всё.
— Что-ж. Позиции высказаны прямо, и откровенно говоря, мнение Никиты Анатольевича кажется мне понятным, разумным, и куда более возвещённым чем простите выпад товарища Иванцова. — Агуреев спокойно посмотрел на главного специалиста по космосу в СССР. — У вас есть что добавить, товарищ генерал-майор?
— Мне нет нужды, что-то доказывать этому… — Иванцов попытался изобразить уничтожающий взгляд, но Косыгин, покачав головой, поднял руку, останавливая генерала.
— А мы, значит, уже не в счёт. Люди, которых вы сорвали с плановых задач, заставили бросить всё и приехать в Кремль, в качестве третейских судей, вами ни во что не ставится? Я вас понял, гражданин. Спасибо, вас поставят в известность, о принятом решении. Вы свободны. — Глава государства небрежным жестом отпустил генерала, и когда тот вышел, Косыгин повернулся к Никите. — Ну. выкладывай, что ты там себе приобрёл.
Естественно, ни ругать ни уж тем более наказывать Никиту никто не стал. Он не нарушил ни одного писанного или неписанного правила, и мало того, держался на безопасной дистанции, что и подтвердил вызванный на совещание предшественник Иванцова на должности, генерал Береговой.
— А напомните мне товарищи, почему вообще мы решили поменять известного специалиста в космических делах, на какого-то непонятного Иванцова? — Спросил Косыгин.
— Так, у Берегового три инфаркта подряд, Алексей Николаевич. — Устинов развёл руками.
— Ну неужели ничего нельзя сделать? — Косыгин посмотрел на Калашникова.
— Да я хоть сейчас. — Никита развёл руками. — Вон, можем в буфетную отойти…
— Займитесь, пожалуйста Никита Анатольевич. — Косыгин кивнул. — А мы с товарищами тут кое-что решим.
Что решали и решили, Никита так и не понял, но через полчаса, все загрузились в вертолёт, и полетели смотреть на Сервала, а после ещё и прокатились каждый по разу.
По поводу секретности, подтвердили решение Никиты не городить лишнего, так как аппарат всё равно увидят очень многие, а в таком рваном мешке ничего не утаить. Больше всех радовался резко помолодевший Береговой, разом избавившийся от всех старческих болячек, и уже готовился сносить горы одним взглядом.
[1] Allied Command for the Repulsion of External Aggression. — Союзное Командование Отражения Внешней Агрессии — СКОВА
