Хмыкнув, я решил послушаться девчонку. Надо же, впервые за долгие годы женщина указывала мне, что делать. Но и есть один хлеб с колбасой желания не было, так что пришлось подчиниться моей светловолосой игрушке.
В морозилке действительно нашлось несколько видов мяса.
— Та-ак, — протянул я, вытаскивая наружу разные упаковки. — У нас есть свинина, баранина и кролик. Что предпочитаешь?
— Давай кролика, — ответила она, взглянув на мои находки. — Набери холодной воды и положи в нее мясо. У тебя есть сметана? Кажется, Неда ее заказывала.
— Не знаю, что это такое. Не я же обычно занимаюсь готовкой, — не сразу понял, что за продукт она имеет в виду.
— Тогда просто отойди, — как-то серьезно сказала она, протискиваясь к холодильнику, что меня только позабавило.
Предоставив ей свободное пространство, я отошел в сторону и наблюдал. Девушка поставила на столешницу горчицу, упаковку с чем-то белым, чего я и не замечал. Все же местные продукты отличались от привычных мне. Затем из подвесного шкафчика Марина достала соль и перец. Смешала ингредиенты в миске.
— Это маринад, — пояснила она, будто я участвовал в кулинарном шоу.
Затем в ход пошел найденный в кладовой картофель, который она на удивление ловко очистила, после чего поставила вариться в небольшой кастрюльке. К тому моменту, как вода закипела, пискнула микроволновая печь — кролик разморозился. Девчонка погрузила мясо в маринад и хорошенько смазала.
— Подождем полчаса, а потом поставим в духовку. Салат делать будем?
— Почему и нет, — пожал я плечами. — Что тебе для этого нужно?
— Я видела капусту в холодильнике. Давай ее сюда. Еще поищи лук, морковь и кукурузу в банке.
Надо же, она тут всего три дня, а знает больше меня, что имеется в шкафчиках. После того, как я подал девушке все перечисленное, она нарезала овощи, выложила их в глубокую тарелку и заправила оливковым маслом. Мясо в то время уже томилось в жаровне при двухстах градусах, и по кухне распространялся невероятный аромат.
Я внимательно наблюдал, как суетится Марина. Сейчас она улыбалась еще ярче, чем тогда, когда мы гуляли по саду, будто приготовление обеда доставляло ей настоящее удовольствие. А я уже успел забыть, как это — готовить. Моя мать тоже предпочитала домашнюю пищу. Я часто крутился неподалеку, пока она что-то варила. И девушка на моей кухне сейчас напоминала о тех давно минувших днях.
Из картофеля она сделала пюре, добавила в него сливочное масло и перемешала. И к тому моменту, как мясо приготовилось, стол в столовой был уже накрыт. В этот раз захотелось не просто сидеть друг напротив друга в разных концах стола, а так, чтобы я мог коснуться ее, если только захочу. Потому я сел сбоку, совсем близко и наблюдал, с каким аппетитом девушка проглатывает еду.
Что же, если ей так нравится, может, сойдет и для меня? Обычно я ем пищу, приготовленную прислугой, или же заказываю из ресторана. Да и в целом интересно, как готовит русская девушка. Все-таки я оказался свидетелем этого занимательного процесса.
Я положил мясо кролика в рот и понял, что уже где-то пробовал подобное. Когда-то нечто похожее готовила моя мать. Сердце до боли сжалось в груди. Я даже скривился.
— Не вкусно? — вдруг спросила девушка, вернув меня в реальность.
— Нет, что ты. Все чудесно, — ответил я, засовывая в рот еще одну ложку, чем вызвал улыбку на устах Марины. — Вкусно, — добавил, прожевав.
Я сам не заметил, как проглотил все, что было в тарелке и даже положил себе добавку. Марина тоже поела и теперь с интересом наблюдала за мной, запивая обед соком. Периодически мы встречались взглядами, и я замечал на ее губах улыбку, которую она пыталась скрыть. С моим образом жизни трудно постоянно питаться нормально, это здесь у меня есть служанка, а бывало и такое, что несколько дней подряд я перебивался сухпайком.
— Ты просто чудо, — сказал я, закончив с обедом. Вытер губы салфеткой и откинулся на спинку, чувствуя небывалое насыщение. Давно столько сразу не съедал. Но почему-то блюда, приготовленные Мариной, вышли особенными.
Со стола убирала тоже Марина. Я лишь наблюдал, закурив сигарету, как она суетилась, ставила тарелки в посудомоечную машину, а потом разбиралась, как та включается.
Все же русские женщины — особенные. Хоть, по-своему, и странные.
На некоторое время я ушел на второй этаж, чтобы решить возникшую проблему. А потом снова отыскал в доме Марину.
Не терпелось ее увидеть — даже не знаю, почему. Я объяснял это желание сексуальной неудовлетворенностью. Весь день с приятным послевкусием я проигрывал в голове прошлую ночь и то, как девушка выгибалась подо мной. Дрожащие ресницы. Робкие руки, что гладили мою кожу. Испарину на лбу, когда она боялась проникновения, хотя сама стремилась стать моей. Вспоминал, как плавно входил в тесное пространство ее женского естества и едва сдерживался, чтобы не ускориться. Боялся причинить боль. Но ничего, скоро она привыкнет, и я смогу делать с ней все, что мне захочется.
