"Хочу сделать некоторые выводы и подвести итоги. Получается, что современные ленинцы только на словах таковыми являются. Они объявили социализм построенным в то время, как Ленин социализмом именовал бесклассовое общество. В свою очередь Ленин так подкорректировал марксизм, что получилось будто и не нужно было никому проходить этапа капиталистического развития, что достаточно захватить государственную власть и можно строить коммунизм. Сами Маркс с Энгельсом не раз демонстрировали отказ от своего 193 материализма коль признавали, что на материю можно тысячелетиями влиять. Другими словами - не учитывать законы материального мира тысячелетиями. Их отношение к "Парижской коммуне" подтолкнуло Ленина на социальный эксперимент в России. Энгельс в конце своей жизни такое ляпнул, что никак не лезет в ворота материализма. Он заявил буквально следующее: "Успеху пролетарского дела способствует неразвитость населения". Маркс, Энгельс, Ленин нарушили основной закон гносеологии: "Критерий истины - опыт(практика)". Они волевым порядком приняли гипотезу о том, что их марксизм-ленинизм есть наука, за истину и эту "истину" в кавычках продолжают и поныне выдавать за таковую. Так поступает любая религия. Мы с Иваном, кажется, нашли определение понятия "социализм". Так вот, на основании этого определения я сделала вывод, что в настоящее время в СССР построен бюрократический социализм. Объединены между собой и властвуют сейчас у нас чиновники от КПСС".
Вновь в комнате воцарилась тишина. Чарнота продолжал мысленно радоваться успехам своих детей. Пётр Александрович был удивлён той глубиной понимания действительности, которую продемонстрировала только что его дочь, в сущности - ещё совсем девчонка. Иван согласился со всем, сказанным Оксаной и теперь бешено соображал: что же делать, как выйти из тупика, в который загнали страну торопливые революционеры, жулики, прохвосты, холуи и приспособленцы, то есть корыстные романтики всех мастей. Подвёл итог всему разговору Чарнота:
"Ищите выходы, - обратился он к молодёжи, - но с учётом, что глупо осчастливливать людей силой. Только мирно. Или мирно или никак - пусть тогда всё идёт как идёт. Ищите выходы, дети мои, но 194живите во все стороны. Не повторяйте ошибок профессиональных революционеров - эти люди изуродовали себя. А вы живите во все стороны", - повторил он ещё раз и, повернувшись лицом к стене, продемонстрировал всем, что на этом обсуждение окончено. Все с ним, также молча, согласились и по одному, стараясь не шуметь, вышли из комнаты.
Г Л А В А
Рассказ об Идеальном мире.
Он самостоятельно взобрался на специальную медицинскую тележку (носилки на колёсиках), доставленную в его палату операционной медсестрой; взобрался, уже не стесняясь своей наготы и бритости во всех нужных для операции местах (интимные - особенно должны были быть тщательно выбриты). Ещё раз отметил для себя - заинтересованный взгляд женщины-медсестры, который он уловил в тот момент, когда, с положения стоя на коленях, укладывался на спину, а она его накрывала одеялом взятым с его кровати. Заинтересованный взгляд медсестры был им уловлен в тот момент, когда его детородный орган можно было рассмотреть в подробностях с того места, на котором находилась медсестра. Такой женский взгляд явно указывал на то, что это опытная сексуальная партнёрша, ибо форма его полового члена, он это знал, позволяла женщине предвкушать наслаждение при контакте с ним. Лёг на спину, его повезли, и когда перед глазами стали проноситься потолочные "пейзажи", задумался:
"Шансов - ноль. Последняя стадия рака, он-то знает. Правая почка уже давно отключилась, потому что опухоль её почти полностью разрушила, хотя врачи и говорили о шести-семи сантиметровом 195размере опухоли. Ерунда, - врали, видно по ним, - рассудил он. - Жизненный опыт научил его "чтению между строк". - А кашель!!! Кашель начал одолевать, а это говорит о том, что метастазы пошли в лёгкие".
Он не боялся смерти. Вспомнил слова Льва Николаевича Толстого: "Философ не боится смерти. Он её ищет". И с удовольствием отметил для себя: "Я не боюсь смерти, значит - я философ".
Лежа в коридоре перед операционной, он подавил в себе желание просто встать и уйти.
"Уйти и чёрт с ними - врачами. Прожить ещё какое-то время пусть день, два, месяц, но не сегодня же. Сегодня он уйдёт из этого мира. Интересно, но жутко. Кому от этого станет плохо? Жене, сыну, товарищам по партии...", - размышлял он. Ему на мгновение стало их жалко, но он тут же вспомнил: смерть такой же - равноценный рождению жизненный акт и не известно когда правильнее будет радоваться: когда человек рождается или когда умирает.
