Каретникова интересовал, прежде всего, его вопрос и ему не хотелось отвлекаться. Однако, как психолог, он понимал, что его собеседник вот именно сейчас составляет мнение о нём. И что от этого мнения очень многое зависит.
"Если я ему понравлюсь - он мне поможет, если нет то...", - впрочем, развивать мысль в негативном для себя направлении не хотелось. И нужно 267было победить собственное настроение и вести себя уважительно по отношению к этому молодому гэбисту.
"Но о КИПе я ему не скажу", - принял он решение.
"Если вы имеете в виду Петрова - хозяина этой квартиры, то когда мы познакомились, - начал свой ответ Каретников, - он был на грани полной деградации. Пил он беспробудно. Но, в то же время, я заметил, что в редкие моменты трезвости это был вполне адекватный человек с неожиданно сильным интеллектом. Алкоголь сушит мозг. Вот я и подумал, что нужно попытаться реанимировать у него тягу к знаниям, то есть нужно сделать так, чтобы удовольствие от умственной деятельности вытеснило удовольствие от опьянения. Я стал ему давать читать военные мемуары. Не наши, конечно, а ещё дореволюционные. И как только видел, что книга его заинтересовала - давал аналептики".
"А что такое аналептики?"- Спросил Алексей.
"Аналептики - это лекарственные препараты стимулирующие деятельность центральной нервной системы. Получалось, что в тот момент, когда он читал книгу его заинтересовавшую, принимаемые им аналептики, стимулировали эту тягу к интересному и, естественно, стимулировали умственную деятельность. Были срывы - это когда я не мог ему предложить интересный материал, но, в конечном счёте, мы побелили. Результат - на лицо. Или - на лице", - закончил шуткой свой рассказ Каретников.
"Спасибо, Олег Павлович; очень интересно. А как вы считаете: у вас на работе есть враги?" - неожиданно перешёл Алексей на другую тему.
Каретников задумался, но ответил быстро:
"Врагов нет. Есть недоброжелатели".
"И кто же они? Назовите, пожалуйста", - допытывался Алексей.
268 "Ну, этот - Рибков, конечно. Человек вроде ничего, но как учёный - ноль абсолютный".
"И почему же вы считаете, что Рибков к вам недоброжелателен?"
"Не знаю. Чувствую", - ответил Каретников и, в свою очередь, сам круто изменил тему разговора. - Да чёрт с ним - с Рибковым. Вы лучше вот это прочтите", - и Каретников протянул Алексею газету "Правда". Тот взял газету, на первой странице прочёл: "Правда" 176 от 25 июня 1967 года и вопросительно взглянул на Каретникова.
"Переверните и на последней странице прочтите то, что мной там подчёркнуто".
Сделав это, Найдёнов отыскал подчёркнутое и прочёл: "Верные заветам Ленина советский народ и его Коммунистическая партия на протяжении полувека неуклонно следовали..."
"Вот пишут - "следовали заветам". Каким заветам мы следуем, Алексей Владимирович? - Возбуждённо заговорил Каретников. - Я купил новейшее издание - пятое полного собрания сочинений Ленина. Читаю и диву даюсь: мы от Ленина и его заветов давно отошли".
"От каких это заветов отошли?" - попытался уточнить Найдёнов.
"От всех, - не задумываясь ответил Каретников. - Я сейчас отодвинул психологию в сторону и плотно занялся изучением Ленина. Так вот, у Ленина социализм это бесклассовое общество, а там где нет общественных классов - не должны быть и государства. Мы сейчас должны были жить в стране без государства. А у нас и классы есть, и социализм построенным объявили, и живём мы в государстве, а через тринадцать лет в коммунизме жить будем. Чушь какая-то!" - Каретников умолк. Молчал и Найдёнов.
269 "Я не готов сейчас комментировать ваши высказывания. Я сам почитаю Ленина и тогда поговорим. А сейчас хочу задать вам ключевой вопрос. Я вижу - вы человек прямой поэтому жду от вас прямого и честного ответа: "Ведёте вы или нет подпольные разработки в области психологии?"
"Я же всё написал в отчёте", - тоном обиженного человека попытался уйти от ответа на вопрос Каретников.
"Подпольные разработки потому так и называются, что ни в какие отчёты не попадают. Так всё-таки - прошу ответить на мой вопрос", - настаивал Найдёнов.
"Нет, никаких подпольных разработок я не веду".
------------------------------------
Результаты встречи Алексея с Каретниковым отец и сын обсуждали на улице и в общественном транспорте, когда Найдёнов-старший направлялся на Финляндский вокзал, а сын решил его проводить.
Выслушав Алексея, Владимир Михайлович, после некоторого раздумья, сказал:
"У меня вообще-то о Каретникове сложилось впечатление как о порядочном, а главное - разумном человеке".
"А что значит в твоём понимании "разумный человек?" - Спросил Алексей.
"Разумный это тот, кто сначала думает, а затем делает, а не наоборот" - был ответ.
Когда отец и сын стояли на платформе у входа в вагон электрички, Найдёнов-старший сказал:
"Я переговорю с генералом и попробую его убедить: что лучший выход из этого положения - это убрать из лаборатории Каретникова Рибкова".
270 "И как это можно сделать?" - спросил Алексей.
