— Подумать только, — Небесный Странник задумчиво поднял с пола свою маску. — Всю жизнь я считал себя чудовищем. И вел себя, как чудовище. Только один раз я поступил из желания помочь… Я себя могу ненавидеть за свои поступки… но за что же меня так ненавидит моя мать, что обманывала меня и заставляла носить маску, которая даже голос мой искажала до неузнаваемости?
Басилун подошел поближе.
— Ты знаешь свою мать лучше, чем кто-либо другой, Небесный Странник, — осторожно начал он. — Скажи, чем она занята целыми днями?
— Упивается своей красотой, — ответил тот.
— Верия ревнива к красоте других. Ива превосходит ее красотой, она увидела это еще когда та была малышкой. И натравила тебя на девочку.
— Мать Ивы отдала девочку какой-то богине, которая заступилась за нее. И та помогла ведьме наложить на нее заклятье, — сказала Алиса. Она по-прежнему загораживала Иву собой.
— Гесса? — задумчиво предположил Небесный Странник. — У нее вечно болит душа за всех. Я подозревал, что именно она скрывает малышку. Но и предположить не мог, что ее прятали под маской… как и меня…
— Да, Небесный Странник, — Басилун задумчиво прочертил лапкой по полу. — Твоя мать оказалась ревнива не только к женской красоте. Но и к красоте своего сына. Из ревности она надела на тебя маску. Верия очень жестока, никого не любит. Береги Иву, если вознамерился забрать ее с собой.
— Если Ива захочет, я буду бесконечно счастлив, — Небесный Странник улыбнулся и протянул руки к Иве. Она бросилась к нему на шею, и он закружил ее со смехом по зале.
— Эй, небожители, — окликнул их Рэй. Влюбленные повернулись к нему, не выпуская друг друга из объятий. — Будьте счастливы.
— Спасибо, Рэй… — Небесный Странник вдруг хитро улыбнулся. — Кстати, знаешь ли ты, кто отец Ивы? Тот, что свободно гуляет по мирам и Вселенной.
— Мой отец? — Ива распахнула свою бирюзовые глаза, глядя удивленно на Рэя. — Небесный Ветер?.. А Рэй… мой брат?
Рэй и Ива смотрели друг на друга некоторое время, онемев от удивления. Небесный Странник отпустил Иву, и она подошла к своему брату, рассматривая каждую его черту.
— Как странно, — Ива улыбнулась. — Я верила в тебя всегда. И я рада, что вы с Алисой наконец снова вместе.
— Нам пора, Ива. У нас еще много дел в небесных чертогах. Я созову божественный суд. Моя мать не имела права так поступать ни с тобой, ни со мной… А ты, Рэй… как мой названный брат… — Небесный Странник подошел к Рэю и так же, как его отец Ветер, положил ему руку на плечо. — Понимаю, что ты захочешь остаться здесь, но не хочешь ли ты от меня получить какую-либо помощь? — тут его глаза хитро блеснули.
— Я привык не просить у богов и не отказывать им… — уклончиво ответил Рэй. — Игры богов для нас, смертных, непонятны и опасны. Будьте счастливы. Это все, чего я могу пожелать вам.
Небесный Странник кивнул, улыбнулся так задорно и заразительно, что Рэй не смог не улыбнуться в ответ. Потом прекрасный бог повернулся к Иве, взял ее за руки и нежно притянул к себе.
Задержав дыхание, все смотрели, как он бережно провел ладонью по щеке Ивы и прижался к ее губам первым поцелуем. В это мгновение их фигуры вдруг растаяли в воздухе, но все успели увидеть, как Ива в ответ крепко обняла того, кто искал ее, чтобы убить.
Пока во дворце проходила смена власти и выяснялась истинная природа Рэя, Ивы и Небесного Странника, в Барселоне шли ожесточенные бои между королевскими войсками и повстанцами. Под командованием главы ордена Белой Королевы Жака де Марли и лорда оборотней эйра Рагана совместные войска магов, существ и ведунов пытались пробиться ко дворцу. Проблема заключалась в том, что пока бои шли в городе за каждую улицу, авиация не могла наносить удары, и битва шла на равных. Но когда повстанцы подступили к горе Монтжуик, стало понятно, что замок относительно неприступен: для того, чтобы до него добраться, придется подниматься по дорогам, которые открыты и хорошо просматриваются сверху.
Жак и Раган понимали, что выставлять людей под удары зависших над горой истребителей ни один из них не станет. Но оба переживали за тех, кто ушел по потайному пути в королевский замок. Они не знали, что происходит там, за стенами внушающего неприязнь и страх здания.
— Если они до сих пор никак не озвучили предложение сдаться, — заговорил Жак де Марли, рассматривая ненавистный замок из укрытия, — это может значить только одно: Алису пока еще не вычислили.
— Если Анна не вернется ко мне, — прорычал в ответ Раган, — я этого дракона на чешуйки разберу.
Жак де Марли с любопытством посмотрел на оборотня.
— Наверно, легко завоевать сердце такой красавицы, если речь идет о зове крови? — спросил он.
Раган покачал головой.
— Нет. Анна не слышала его. И оценивала только мои поступки и отношение к ней. Очень долгое время она не до конца доверяла мне. Это нормально. Будь она волчицей, было бы проще. Но Анна ориентировалась на интуицию, на притяжение между нами. Это тоже неплохо. Но сложнее. А ты, Жак?
