Эйр Валентайн прыгнул из последних сил, пытаясь спасти Рагана. Клинок он перехватить или сбить не успел, но удар принял на себя. Сталь вонзилась в тело ледяной болью. Осев на землю рядом с Раганом, эйр Валентайн потерял сознание.
Вера видела, что оборотни практически проиграли, и попыталась остановить Макса, когда тот бросился им на помощь. У нее магия была слабенькая, она лишь смогла окатить его острыми льдинками, которые больно жалили на большой скорости. Макс не глядя ударил в ответ электрическим разрядом. Он был бы не смертелен, но сердце Веры с детства было слабым. Не выдержав удара, оно остановилось, и девушка рухнула на землю.
Макс успел отразить удары магов, спрятать на минуту раненых оборотней в шар, чтобы те успели хоть как-то прийти в себя, но он никак не ожидал удара кнутом по ногам. Упав на колени как подкошенный, Макс успел подумать, что смерть довольно глупая и быстрая штука.
Очередной удар кнута, который стал бы последним для сыщика, перехватил огромный огненный дракон. Он оттеснил магов в сторону от раненых: кого прибил хвостом, кого испепелил.
Макс, пытаясь отдышаться от боли, оглянулся на оборотней. Те пытались подняться, когда к ним подбежала Анна. Кажется, выживут. Немного завалившись набок, Макс на несколько секунд потерял сознание.
Когда он пришел в себя, Рэй и Санти были единственными, кто сражался, но Рэй явно выигрывал. Окружив Санти огненной стеной, принц с яростью и ненавистью удар за ударом направлял на мечущегося в кругу огня мага огненные шары.
Пытаясь вернуть себе контроль над телом, Макс неуклюже сел, поежившись от боли в ногах, где ожогом багровел след от удара магическим кнутом, и в этот момент увидел, как Тарита бросилась бежать к объятому пламенем Сантьяго.
Макс не успел даже придумать, как остановить Тариту — девушка прорвалась через огненную стену к Сантьяго, закричала от боли, но успела: за языками пламени было видно, как два силуэта встретились. И тут же погас с шипением огонь, залитый сероватой паутинной жижей, которая спустя мгновение начала пузыриться и плавить асфальт своим ядом. Санти выпустил из объятий обожжённый труп Тариты и стал терять человеческую форму, превращаясь в паука. Похоже, Тарита отдала ему перед смертью все свои силы.
Повернув еще человеческую голову к Рэю, он крикнул:
— Она предпочла самоубийство тебе, Люме! Настоящее чудовище — это ты!
Но тут его красивые черты исказились, на месте рта выросли хелицеры, глаз вдруг стало больше, из тела вырвались наружу мохнатые лапки, а само туловище набухло. Паук увеличивался в размерах, изрыгая на Рэя огромное количество ядовитой магии.
Рэй защищался огненным щитом, но Макса беспокоило то, что внешность мага продолжала меняться: волосы чернели то ли от сажи, то ли от того, что Рэй терял свои положительные качества, снова становясь жестоким и беспощадным Люме.
В этот момент к нему присоединился огненный дракон.
Паук щелкал челюстями, плевался ядом, но принц и дракон отражали удары и нападали в ответ.
Макс постепенно смог подняться и, прихрамывая, отойти в сторону: дракон был так неуклюж, что мог спокойно смести его хвостом с лица земли.
— Что с Рэем? — крикнула Анна.
Макс повернулся к ней. Оборотни зализывали друг другу раны, а нехебкау помогала подняться раненому Жаку де Марли.
— Беда в том, что я не уверен, что это все еще Рэй, — откликнулся Макс.
Алиса погибала. Ее душа пыталась вернуться в тело, но застряла в птице, а потом каким-то образом оказалась на грани выхода и из птичьего тела тоже. Чайка агонизировала, умирала и Алиса, отчаянно пытаясь вернуться в себя. До этого момента она считала, что перемещает лишь сознание в тело птицы, но, как оказалось, перемещение происходило куда более серьезное: она переместилась в чайку душой.
В панике Алиса никак не могла собраться и успокоиться, и от этого становилось только хуже. И теперь она вдруг осознала, что часть ее любви, та, что держит Рэя, тоже уйдет, и он, возможно, преобразится. А еще она ощущала, как стали вдруг расходиться миры.
С ее смертью тонкие трещинки станут огромными пропастями. И оба мира погибнут, потому что отдельно друг от друга существовать не смогут.
— Дай мне дойти до тебя, — вдруг услышала она.
Голос был божественно прекрасным, но она узнала его.
— Иваааа…
Прекрасная богиня вдруг появилась в угасающем сознании. Взяв душу Алисы в ладони, осторожно подняв и раненную испуганную чайку, которая вдруг присмирела, Ива нежно приласкала и душу, и чайку.
— Не бойтесь, Элисенда уже вспомнила хороший способ вернуть вас в исходное состояние.
