Чувствуя несказанное облегчение, я искупалась и, заранее поставив будильник, легла спать на родной диванчик. Пофиг, что у нас день, я же вон сколько всего пережила, отдохнуть пора. Спустя пару часов меня разбудил мамин звонок. То, что я его не проигнорировала, убедило маму в моей честности. Ещё бы, попробуй ответить, когда сотовой связи не существует. После отдыха я решила хотя бы немножечко привести в порядок свою карму. Перенеслась в краеведческий музей, на день раньше, и поставила кошачью статуэтку на место. Чуть не выронила её, увидев, как я с Данькой ухожу из зала. Святые макароны! Да я бы с ума сошла, если бы тогда увидела своего «двойника» с такой же кошкой в руках. Хваля себя за осторожность, я вернулась домой и набрала стопочку книг для Чарли. К её счастью, читать в оригинале я люблю. Беру Толкиена, Роулинг, а ещё «Звёздную пыль» Нила Геймана и «Сумерки» Стефани Майер. Книжки из разной весовой категории, надеюсь, ей что-нибудь да понравится. Жду не дождусь, когда мы с Чарли и Беном перейдём на фильмы. Мне нужно им столько всего показать!
Блин, я мыслю мелко, надо по-крупному. Да я и Скай можем выходные проводить в Диснейленде! А ещё в Японию смотаемся на какой-нибудь аниме-фест… И к папе в Америку наведаюсь, вот он обрадуется!
Утро у Хантов выдалось более или менее спокойным. Мать семейства была по-настоящему счастлива, узнав, что нежеланная гостья скоро свалит. Не скрою, раньше я мечтала убраться из её дома и никогда больше не попадать в объятия чужой матери, но нынешнее положение вещей меня огорчало. Неужели миссис Хант настолько оскорблена тем, что я занимала тело её сына, что она старается в упор не замечать меня как личность? Нечестно. Я же открыла ей глаза на её неумелую благотворительность. Я разогнала зловредных слуг. Я ввела среди её подруг моду на кроликов для детей. Интересно, моя мама так же себя вела бы, окажись я на месте Бена? Да нет, она же приняла его, несмотря на более чем странные обстоятельства нашего знакомства. Значит, дело в миссис Хант, если не во мне.
Однако мне было некогда грустить. Мы с Беном и Чарли собирались в гости к Стивену Сазерленду. Да-да, после бала он не забыл о своей новой подружке и даже тайком встречался с ней в парке. История об исчезновении Бена его немало беспокоила, поэтому мы, посовещавшись, пришли к выводу, что он должен знать правду.
Денёк был на редкость светлым и приятным. Мы втроём пересекали узкую пешеходную улицу, когда нам навстречу вышла брюнетка в сером платье и кокетливой шляпке.
– Мэри, – вырвалось у меня против воли.
Мэри Бишоп холодно улыбнулась.
– Мистер Хант, вы уже всем про меня рассказали? А я думала, вы джентльмен и выше сплетен.
– Какие сплетни, ты чуть его не угробила, – я напряглась, как львица перед прыжком.
Та не ответила на мою беспомощную злость.
– Я как раз шла к вам, чтобы сообщить кое-что. Моя семья подаёт в суд на вашего отца. Мы сделаем всё, чтобы вы познали бедность, как мы. Кстати, это был ваш совет, спасибо.
У меня аж руки в перчатках горели, так хотелось в драку полезть!
– Вы хотите нас разорить? – Судя по робкому вопросу, Бен не понимал, что происходит и как ему следует правильно реагировать.
– Да, сэр. Вам будет нечем платить за ваш прекрасный дом и прислугу, потому что все деньги будут уходить на еду. И, скажу вам, не самую изысканную. Детки не получат новые игрушки на Рождество, а ваша сестрица пойдёт работать. Своими белыми ручками. Потому что её не возьмут гувернанткой, тут какие-никакие мозги нужны…
Она некрасиво захрипела. Трудно нормально говорить, когда шею давят чьи-то неслабые пальцы.
– Ты в тюрьму сядешь, дрянь, – зашипела ей прямо в лицо Чарли. – Богом клянусь, сядешь, если все узнают, что ты покушалась на жизнь моего брата. Так что умерь аппетиты, голубушка. Верни свою долю, а чужое только посмей тронуть!
Бен с трудом их разнял.
– Все друг друга поняли? Вот и славно, обсудим всё в другой раз. Простите, мы спешим.
Рядом с нами остановился дедок с белыми бакенбардами.
– Женщины – сосуды греха, – наставительно произнёс он.
Бен кивнул.
– Вы правы, сэр. Как в винном погребе живу.
Всю дальнейшую дорогу мы с Чарли посвятили рассказу о лже-гувернантке с её «любовным зельем». А я ж чуть об этом не забыла, со всеми этими страстями египетскими.
Литературный критик не скрывал восторга от первой публикации Чарли. С его слов, ему понравилось, что мнение девушки о готической беллетристике, с которым он безоговорочно согласен, отражается в её творчестве. Он уже начал писать рецензию, но предупредил, что черновой вариант не покажет даже по дружбе. Чарли и не настаивала. Более того, она перевела разговор в другое русло, хотя другая на её месте ещё бы послушала похвалу.
Бен не сбежал, его похитили. А всё началось с того, что…
Сомнения в том, что я из будущего, следовало немедленно развеять. И здесь я соригинальничала, не став демонстрировать чудеса науки.
Чем обычное чудо хуже?
