– Ничего сложного – ставя и, что важно, добиваясь поставленной сверхсложной задачи, можно развивать Волю. Впрочем, что мне тебе говорить, наверняка ты знаешь об этом не хуже меня. Тут вот в чём закавыка – задача должна быть такой, что в случае невыполнения терять если не всё, то значительно. Короче – ставить на кон. Игра, понимаешь? Азарт. У жертвы должен быть шанс и чем выше этот шанс, тем сильнее Воля.
– А у твоих соперников он был?
– Честно? – Урсена распирало чувство превосходства. – Почти нет.
– Тогда зачем?
– Я тщеславен. – сознался «гимнаст». – Толпа меня любит, а это многое значит. Любовь, в любом проявлении, великая сила. Нужно только знать, как и каким образом её использовать.
– Ну и каким образом можно воспользоваться любовью толпы?
– Заставить её делать, что нужно тебе. Останется только внушить, что и ей это нужно.
– Как это?
– Да всё просто. Думаешь почему все эти люди здесь? – Урсен обвёл рукой собравшуюся пьяную братию. – Ульрих внушил им, что они до безумия хотят быть здесь. Ты был с нами во время последнего штурма? Тогда скажи, зачем они лезли как оголтелые на стены, в то время, когда на них сбрасывали разную дрянь, в виде острых стрел, копий и горящей смолы? Думаешь, им есть дело до замыслов дваждырождённого? Да чихать они на это хотели – за стенами их ждали деньги, выпивка, женщины, которым не надо платить или уговаривать. Азарт.
– При чём здесь любовь?
– А как ты соберёшь толпу, коли она тебя не уважает? Никто не пойдёт за тобой, если не будет любви. А для того чтобы тебя любили надо быть сильным и постоянно это демонстрировать. Люди презирают слабых, а сильных бояться. Страх – это та же любовь. Дай человеку понять, что не убьёшь его, и он будет валяться у тебя в ногах, изливая слова благодарности.
Рядом возник запыхавшийся кабатчик с двумя кружками.
– Ваша любимая. – угодливо улыбаясь хозяин заведения поставил кружку перед Урсеном. – Ваше вино.
Новый знакомец швырнул на крупную монету. Серебряный кругляшок игриво закрутился, глухо завибрировав, прежде чем замереть на столе. Толстые, жадные пальцы стащили его, пряча под передник.
– Благодарствую. – трактирщик низко поклонился исчезая.
– Ты щедр. – заметил Гелерд. – За две кружки вина большую серебряную монету.
– За одну кружку – я пью воду.
– Ты платишь за воду? – удивился Гелерд. – Зачем?
– Я плачу за всё. Всегда.
– Чтобы тебя любили?
– Конечно. – самодовольно подтвердил Урсен. – Любовь продажна по своей сути. Она склоняется перед силой, успехом и деньгами. Иногда что-то одно, иногда всё вместе. Плати, и тебя будут любить.
– Посмею с тобой не согласиться. – с оттенком грусти заметил Гелерд. – Случается, любят просто так.
– Не-ет. – рассмеялся Урсен. – Всегда чем-то платишь. Случается собой или надеждой, но платишь.
– Оставим это. Ты вот скажи, как использовать её на практике? Разве ж можно засунуть её в пробирку?
– Отчего же нельзя? Я пока не придумал как, но наверняка возможно. Ведь запечатываю же я ловкость. Значит, и любовь можно.
– Так в той бутылке была ловкость?
– Ты меня раскусил. – Урсен снова рассмеялся. – Да.
– И как тебе это удаётся?
– Прости. – собеседник, улыбаясь, развёл руками. – У каждого свой путь. Я и так слишком много рассказал.
– Понимаю. – Гелерд поднялся. Достал крупную серебряную монету. Положил её на стол перед «гимнастом». – Спасибо за беседу, мне, пожалуй, пора.
– Это лишнее. – Урсен указал на деньги. – Это было угощение.
– Благодарю, но я пока не готов тебя полюбить.
***
Пока ехали к южным воротам, Риз частенько ловил на себе озабоченные взгляды прохожих, обводивших его священным кругом, молчаливо желая удачи – Сагрн словно прощался с ним. Юношу постепенно стали одолевать неприятные мысли, но стоило им выехать из города, как от них не осталось и следа. Он снова стал спокоен и уравновешен.
Маг предпочёл ехать в одиночестве, опережая маленький отряд на пару десятков шагов, не желая разговорам с Церой или Гамалой вернуть его в состоянии тревоги. Думать о чём бы то ни было не хотелось, но из головы всё же не выходила мысль о предстоящей встречи с Саффи. Он хорошо знал сестру – она наверняка будет против его решения, и Хвала Азаару, её мнение ничего изменить не сможет.
Дорога была совершенна пуста – они с Саффи пока не могли выполнить обещание, данное Грэю – освободить путь на восток и возобновить торговлю. Правда, она и так на зимний период всегда замирала и у них было на это время, но задачка оказалась не из простых. Даже малая кучка воинов, в самом узком месте ущелья могла остановить большое войско, не говоря уж о тысячах Герва-ха-Во, укрывшихся за стенами, пусть и наспех возведённой, крепости.
Снег уже изрядно лёг на поля, надёжно укрывая озимые от морозов. Риз любил снег – не тот, которого он навидался в землях кробергов, а здешний, ложившийся поздней осенью, скрывая под собой, угнетающую своим видом, грязь.
