Но к концу четвёртого месяца Боуди стала потихоньку приходить в себя. Она начала есть больше, спать спокойнее, но всё так же молчала. Но ещё через две недели, когда Шанталь пришла в её комнату, чтобы забрать тарелку, она чуть кивнула и тихо и хрипло поблагодарила. Удивлённо и весело ответив ей, Шанталь тут же полетела в кабинет Джеймса, чтобы рассказать ему. Таким образом, к концу пятого месяца, Боуди вернулась. Она стала нормально питаться, читать, говорить, но всё так же о чём-то усиленно думала.
Мориарти снова сидел в своём кабинете, изнывая от скуки и рутины. Крутясь на стуле, он переодически смотрел в окно, будто надеясь, что там может появится что-то, что спасёт его от скуки.
— Я согласна, — он удивлённо посмотрел на стоявшую на пороге Боудику. Она спокойно прошла внутрь кабинета, наконец оглядывая её. Эта комната была похожа на всё остальные. Дорогая мебель, выполненная из лучших пород дерева, лёгкая мрачность, что присуща всем старым особнякам и большое окно, солнечный свет из которого падал прямо на стол. Большая и массивная дверь за спиной хлопнула, заставив Боуди чуть вздрогнуть и оглянуться. Спокойно пройдя к столу, она села на стул, что обычно предлагался клиентам.
— Наша Хелен Келлер* поправилась, — он откинулся на кресло, радуясь продолжению игры. Почти пять месяцев он ничего не делал, моря себя скукой. Порой ему хотелось просто прибить девчонку, ну или начать пытки, чтобы она хоть что-то сказала, ну или прокричала. Но Мориарти прекрасно понимал, что она не будет просто молчать. Рано или поздно она бы заговорила. — На что ты согласна?
— На вечер, выход в свет, — она гордо подняла голову, взглянув в Мориарти в глаза и тут же предсказавшие то, что он скажет. — Даже не говори, что это было предложение на один вечер. Тв специально вывел меня из равновесия, но я не понимаю зачем. Но скоро пойму.
— Хорошо, — Мориарти встал, открывая ей огромную дверь. — Иди собираться.
— Так быстро? — она удивлённо встала со стула, направляясь к выходу.
— Пораскинь мозгами, Боудика. Я могу бывать на таких вечерах хоть каждый день, — Мориарти чуть улыбнулся какой-то безумной улыбкой, будто предвкушая что-то. — Ты же говоришь по-французски, верно?
Боуди чуть нахмурилась, но вышла, пропуская Шанталь, что зашла в кабинет. Дверь за её спиной захлопнулась, но она так и стояла, усиленно думать. К чему это всё? Зачем держать её тут? Зачем сейчас вести её куда-то? Что он задумал?
— Мистер Мориарти, — Шанталь улыбнулась, проходя по кабинету и ставя чашку кофе на стол. — Чему Вы так рады?
— Третьей стадии, Шанталь, — Мориарти отпил, чуть поморщевшись и чуть прищуриваясь. — Помнишь, я говорил, что нужно будет позвонить одним ребятам? — Шанталь кивнула, стараясь сексуально поддать губы. У Мориарти это вызывало лишь смех, уж больно она была глупой, но поэтому он её и держал тут. Она не была посвешннна ни во что серьёзное, работала исправно, предавать не спешила, а даже если бы и захотела, то ей бы не закатило ума скрыть это от Мориарти. Короче, Джеймс держал её как собачку. И веселит, и тапочки может принести, но не больше. — Даже Боудика не додумалась, куда уж тебе.
Джеймс даже не посмотрел на чуть обиженную Шанталь, что вышла из кабинета, чуть поджимая губы, на этот раз из-за лёгкого унижения. Мориарти вообще никто в этом доме не волновал, никто кроме Боудики. Эта маленькая девочка была так идеальна. Идеальный мозг, идеальный контроль, идеальны характер. Разумеется, она даже близко не подошла к нему, но, пожалуй, она уже стала догонять Шерлока. Но для плана Мориарти она подходила почти идеально.
Комментарий к Третья стадия
Ну короче теперь вы знаете, что там Холмсаы делают. Ух, развязочка приближается. И оставляйте коменты. Я понимаю, лень, сложно набирать буквы, но мне это важно, ибо я не понимаю, в какую сторону мне двигаться. Всё от хорошо, всё от правильно.
Хелен Келлер — американская слепоглухонемая писательница, педагог и общественный деятель.
========== Девочка, которую никто не понимает ==========
Боудика села в машину, придерживая накинутый поверх платья пиджак. Когда Шанталь помогала ей, Боуди невольно вспомнила о Лизи, которая раньше всегда собирала её. Но она не видела её уже полгода.
