Сначала не верилось в то, что это вообще серьёзно, но потом аналитики департамента заявили, что в этом что-то есть. Уже первые опыты дали положительные результаты, а когда трофейную методику скрестили с разработками покойной Лолы Гобит по коррекции личности, открывающиеся перспективы стало невозможно переоценить. Как, впрочем, и связанные с ними опасности…
После прохладного душа жизнь уже не казалась настолько в тягость. Вико быстро оделся, натянув длинные, до колен, расписные шорты и майку с изображением героического профиля Ухуру Кибаки, пожизненного президента бандустана Куш. Потом, выходя из здания, он обнаружил, что часовой у парадного крыльца одет точно так же, только при автомате и в каске. У подъезда «под парами» стоял серебристый «Бой-Крузер» с откидным верхом, за рулём которого гордо восседал доктор Айген.
– Роб, я же просил ждать меня на полигоне, – сделал ему замечание Вико, усаживаясь в переднее пассажирское кресло.
– Надо кое-что обсудить, шеф, – несколько смущённо отозвался тот, выводя авто на бетонку, ведущую в сторону джунглей. – Я должен сообщить то, чего нет в отчётах, но о чём вам следует знать.
– Да?! А кто вам мешал включить в отчёт всё?!
– Одно дело – факты, другое – соображения. Факты весьма оптимистичны, даже сверх всяких ожиданий. Однако есть ещё и предчувствия, есть сомнения. От фактов никуда не денешься, а вот о предчувствиях можно и не докладывать. Но интуиция, знаете ли, шепчет…
– Всё хорошо так, что никуда не годится?
– Ну, не до такой степени, конечно…
– Доктор, вы меня пугаете.
– Позвольте вам не поверить, шеф. О вашем бесстрашии легенды ходят.
– Говорите уже.
– В общем, как водится: две новости – одна хорошая, другая так себе. Начну с хорошей. Целевые показатели достигнуты, причём, второе раньше намеченного срока. Я специально не упомянул об этом в отчёте, потому что после вас его читает ещё кое-кто. И уж он-то наверняка потребовал бы немедленного боевого применения нашей шайки кудесников.
– А в чём проблема, если всё готово?
– Во-первых, прежде чем на это решиться, мы должны знать или хотя бы приблизительно предполагать, какова будет ответная реакция.
– С чего вы взяли, доктор, что мы об этом не думаем?
– Мне почему-то кажется, что вы, шеф, вообще всерьёз этот проект не воспринимаете. А значит, и о последствиях, и обо всяческих побочных эффектах не думаете. Наверняка здесь замешан личный интерес каких-нибудь весьма влиятельных господ, а ваша позиция такова: получится – хорошо, нет – хрен с ним. Разве не так? Поэтому вы и прибыли сюда только сегодня, а не полгода назад, когда всё начиналось.
Вико едва заметно усмехнулся. Умозаключения Айгена были, в принципе, верны, но не по адресу. На самом деле все вопросы финансирования секретных проектов военно-стратегического значения решал лично Президент Конфедерации, и стоило огромных трудов убедить старого твердолобого друга в том, что «Великолепная семёрка» стоит тех денег, которые Вико затребовал. И то неизвестно, чем бы дело кончилось, если бы разведка вовремя не донесла, что Хунну и Гардарика пытаются провернуть нечто подобное.
– Роб, меня не интересует, что вы думаете обо мне, – твёрдо заявил Вико. – Меня интересуют только факты.
– Хорошо-хорошо… – Доктор вдавил в пол педаль газа, как только автомобиль выехал на прямую, как стрела, бетонку, рассекающую густые заросли джунглей. – Факты таковы… Мы создали разрушительную силу невиданной мощи, и я не уверен, что мы сможем её контролировать. Я принял ряд мер, которые хоть и не гарантируют, что ситуация не выйдет из-под контроля, но многократно увеличивают вероятность этого. Но думаю, лучше вам всё увидеть. Сами поймёте.
Дальше ехали молча, и уже через несколько минут «Бой-Крузер» резко затормозил у входа в бетонный бункер всего на полметра возвышавшийся над землёй. За ним виднелась огромная вырубка, в конце которой можно было разглядеть несколько ржавых танков и лежащий на брюхе тяжёлый широкофюзеляжный грузовой самолёт, который тоже явно прибыл сюда не своим ходом.
– Бинокль есть? – поинтересовался Вико, напряженно вглядываясь вдаль. Ему показалось, что там наблюдается какое-то шевеление.
– Вы хотите посмотреть, нет ли там живой силы противника? – ехидно отозвался Айген. – Сразу скажу, что есть. Два десятка пленных партизан из «Движения за истинную независимость страны Куш». Прикованы к рычагам танков и штурвалу самолёта. Еле выпросил приговорённых к смерти у коменданта местной тюрьмы. Кстати, недёшево обошлось. Пройдёмте.
Внутрь бункера вела крутая бетонная лестница с узкими ступенями, которая перешла в столь же узкий коридор, освещённый редкими и тусклыми настенными фонарями.
– Неуютно тут у вас, – заявил Вико, когда в полумраке ступил в какую-то лужу. Лёгкие сандалии явно не смогли защитить его белые носки от мутной жижи, разлившейся тонким слоем по бетонному полу.
– Все вопросы к советнику второго ранга Джону Маккейну. Он тут ответственный за хозяйственную деятельность, – перевёл стрелки доктор Айген. – Но это не поможет. Он хороший парень и старается изо всех сил в рамках имеющегося финансирования.
