Как же больно!
Везде!
Кажется, я говорю об этом вслух.
— Раз больно, значит ты жива, — злой голос Рона.
Разлепляю глаза. Я на огромной кровати, белоснежная комната, но шторы затемнены. Рядом с мной Рон, Ари и Фарн. Успели, значит! Ари дает мне напиться воды, и я бессильно откидываюсь на подушки.
— Что произошло?
— Благодаря тому, что ты дура, произошло раскрытие целой серии преступлений!
Чего он злится? Рон мечется по комнате и чуть ли не орет:
— Никогда! Слышишь, никогда ты больше никуда с нами не пойдешь! Это ж надо, лезть своими ручками к каждой дырке! Ты попала в одностороннюю портальную ловушку и должна была умереть, понимаешь?! А если бы мы не успели считать путь и появиться в этой зорховой пещере?!
— А кто такой Зорх?
— А-а-а! — заорал Рон и выскочил, хлопнув дверью.
Мне обидеться?
— Не обижайся, — мне сдержанно улыбался эльф. — На самом деле это могло произойти с любым, даже самым опытным — и, как ты видела по трупам, происходило. Просто мы ужасно переволновались, что могли потерять тебя, Рон чуть с ума не сошел.
Ари дал мне выпить обезболивающее, а Фарн поменял бинты, пропитанные восстанавливающей мазью. Все мое тело — и, похоже, лицо — было покрыто безобразными шрамами и ожогами.
— Это навсегда?
Я разволновалась не на шутку.
— Нет, все исправимо. Главное, что яд не разъел твои внутренние органы и кости.
— Сколько я уже здесь?
— Три дня.
— А занятия?
— Отпросили. Сказали, что ты заболела и была отослана в приютский лазарет.
— Приютский?
Ну, ты ж якобы из приюта.
— Так кто такой Зорх?
Ари улыбнулся:
— Мифическое чудище, известное жуткими преступлениями.
— Значит, это ругательство?
— Ну да, самое страшное.
— Надо запомнить…
Разговор утомил меня, и я закрыла глаза. А когда проснулась, Фарн и Ари рассказали мне всю историю. Рона уже не было рядом — и не только потому, что он на меня злился, но и потому, что его вызвали в столицу давать показания.
Вот уже несколько месяцев в столице пропадали артефакты. На этот раз исчезло три весьма ценных. Их можно было сделать заново, не сразу, но можно, но то, что они могли оказаться в преступных руках, напрягало Императора и Тень. Самое странное, что направленные на их поиски дознаватели периодически пропадали тоже. Сначала на это не обратили внимания, но потом поняли — что-то не так.
— Ловушки?
— Да.
Все они переносились через ловушки в пещеру этого паука. Их трупы я и видела. Благодаря магии удалось опознать все тела — и даже скелеты, и теперь они похоронены с почестями. А паук — на самом деле берийский паукообразный исот — хранил не только эту тайну. Он хранил и артефакты. В себе. И те были уничтожены вместе с ним.
— Так, я не поняла. То есть паук украл артефакты?
— Нет, их украл человек, а паук хранил. Скажем так, сильный маг может отдавать на хранение пауку какие-то ценные предметы. Это хранилище покрепче казны Императора.
— И зачем магу эти артефакты?
— Мы пока не знаем.
— А зачем выстраивать туда порталы-ловушки?
— Потому что это плата. Тот, кто ищет охраняемые предметы, становится пищей паука.
— Но где логика? Ведь дознаватели могли убить его?
— Не могли. Сильных магов такие ловушки не зовут, прячутся, а маги средней силы в итоге не могут противостоять пауку. Ты была в кольце, вот дверь тебя и позвала.
— Но я его убила?
— Ага. Мы, кстати, хотели спросить, с помощью какой магии?
Я пожала плечами.
— С помощью всей. Просто собрала все, что почувствовала внутри, и швырнула в него. Я ж без кольца была, вот и получился большой «бум».
— Ну тогда понятно. От паука и артефактов остались одни сопли на стенах, мы едва считали, что артефакты в нем все-таки были, во всяком случае два из них. Если бы убивала одной стихией, это не помогло бы — на это и был расчет преступника, в нашем мире пять равнозначных стихий в одном маге… Считалось, что, не бывает. Но паук успел выплюнуть на тебя яд. Волна твоей силы отвела плевок чуть в сторону, но все равно попало очень много, поэтому такое тяжелое лечение. В больницу тебя везти не стоило, тем более что мы сами очень сильные целители.
— И где я сейчас?
Ари смутился.
— В моем доме. Я живу тут один — ну, когда не живу в Академии, да и мой дом был ближайший к месту событий.
— А ничего, что артефакты уничтожены?
— Ничего. Главное, что их ни у кого теперь нет.
— А что вы сказали во дворце?
— Анна, у тебя вопросы когда-нибудь закончатся? Сказали, что обнаружили портальную ловушку, пошли по ней и уничтожили паука совместным ударом. О тебе ни слова, конечно.
— Но они же могут почувствовать чужой магический след?
— Могут, но не сразу. Знаешь сколько там следов? А потом что-нибудь придумаем.
М-да, вот, блин, и раскрыла преступление века. Раскрывать оказалось больновато. Что-то мне уже не хочется быть дознавателем или боевым магом. Хотя… Если мои друзья будут рядом…
Рон, правда, сказал, что они меня больше никуда не возьмут. Но это мы еще посмотрим.
