-Что Вам объяснить!? Ради чего!? Разве Смерть не является обязательным спутником Вашего товара?
-Да, бывает, но только не смерть
-О! Уже не открещиваетесь? Прогресс налицо!
-Хотелось бы и от Вас получить больше откровенности, мисс Оллани. Как-никак, а вчера погибли люди. Ваши знакомые.
-Ой! – девушка широко распахнула глаза и театральным жестом зажала рот перепачканной в земле ладонью, - какой ужас! Можете побить меня камнями, но я почему-то не испытываю по данному поводу особого сожаления. Увы!
-Хм, я передам Ваши слова… им, - Содос мотнул головой в сторону поселка.
-Ради Бога! Я не думаю, что это будет для них откровением и сколь либо повредит нашим «теплым» отношениям, - Мария резким движением выдернула лопату и приготовилась копать дальше, - еще угрозы будут?
-Угрозы? Нет, у меня только вопросы. Это как раз Вы вчера грозили мне и всему человечеству Казнями Египетскими, в связи с чем у меня напрашиваются вполне естественные подозрения. Почему случилось то, что случилось? Серж сказал мне, что раньше ничего подобного не происходило. Хайенны никогда не осмеливались в открытую нападать на Человека. Что изменилось? В чем причина? Какую роль здесь сыграли Вы? И не забывайте, вчера у нашей с Вами милой беседы имелись свидетели.
-С ума сойти! Вы подозреваете
-Пока других подозреваемых нет.
-Не я дала оружие в руки этим несчастным, не я нажимала на курок…
-Люди и раньше убивали хайенн, которые всегда спасались бегством, не предпринимая попыток защититься, - голос Содоса стал жестче, - что Вы с ними сделали?
-Нет, Вы все-таки ни черта не видите, - Мария отвернулась и склонилась над одним из серых безжизненных комочков, - оставьте меня. Навестите лучше окулиста.
-Почему хайенны, которые, как Вы сами же утверждаете, являются едва ли не самыми безобидными созданиями на свете, которые всегда улепетывали со всех ног, только завидев людей, почему они безжалостно разорвали в клочья двух вооруженных мужчин!? Как Вы это объясняете!?
-Идите к черту!
-Я никуда не уйду, пока не получу от Вас ответа! – Содос уже почти кричал, - можете мне не верить, но я не хочу, чтобы началась крупномасштабная война! Чтобы предотвратить ее, нужна информация. А у нас есть очень тревожный прецедент, причин которого мне пока никто внятно разъяснить не смог. Остались только Вы, мисс Оллани. И в Ваших интересах объяснить мне, что случилось!
Мария выпрямилась и развернулась, протягивая Содосу на вытянутых руках окровавленное пушистое тельце. Ее губы дрожали, в глазах стояли слезы.
-А что бы сделали Вы!? – буквально выплюнула она, - Вы,
Мария упала на колени, зарывшись лицом в серый мех, не в силах более сдерживать рыданий. Ее плечи вздрагивали.
«Детей!»
Внезапное озарение в один миг расставило все по местам. Содос вдруг вспомнил, как однажды набрасывались на него чайки, когда он, прогуливаясь по пляжу, сам того не зная, приблизился к их гнездовью. Маленькие птицы, забыв о своем страхе, пронзительно крича пикировали ему на голову, норовя клюнуть или оцарапать. Родительский инстинкт – страшная вещь.
Как поступил бы в подобной ситуации он? Вряд ли у кого-либо нашелся бы готовый ответ на заданный вопрос. Одно Содос знал точно – остановить его не смогло бы ничто на свете. А потому он, не говоря ни слова, расстегнул пиджак и, стащив его, повесил на ближайший столбик. После чего взял лопату и вонзил ее в землю.
-Ч-что Вы делаете? – удивилась девушка, подняв на него взгляд покрасневших глаз.
-Я не могу изменить того, что уже сделано, - ответил Содос, - но я могу попытаться хоть как-то помочь Вам справиться с последствиями.
-Не нужно мне от Вас никакой помощи!
-Зря Вы так, мисс Оллани, - укоризненно покачал он головой, и, не обращая внимания на ее вялые протесты, принялся расширять яму так, чтобы она смогла вместить все жертвы, - глупо отвергать помощь единственного человека, пусть он и не ангел, который хоть как-то пытается Вас понять.
Мария молча стояла и, насупившись, наблюдала за тем, как Содос орудует лопатой.
-Спасибо, - всхлипнув, прошептала она, наконец, и опустила в могилу первый трупик, - только очень глубоко не копайте, ладно?
Своим скорбным трудом они занимались почти до самого вечера.
Содос копал ямки, а Мария складывала в них мертвых животных. Он так и не смог заставить себя притронуться к их телам. Куда там, его начинали одолевать приступы тошноты, даже когда он смотрел на то, как прикасается к ним она. Хотя, по сравнению со вчерашним днем, острота ощущений несколько притупилась. Девушка же, в отличие от него, казалось, вообще не испытывает никаких проблем. Запас слез у нее закончился, и она сосредоточилась на работе, двигаясь как автомат.
