Послышался металлический лязг, и вагончик вдруг ощутимо тряхнуло и куда-то потащило. Обернувшись к двери, девушка увидела, как со звонкими шлепками лопаются натянутые веревки, высоко в воздух подбрасывая сушившееся белье. Она кубарем скатилась с крыльца внезапно ожившего домика, растянувшись в траве прямо у ног Чертенка.
-Что же Вы под ноги не смотрите, мисс Оллани, - широко улыбаясь, он подал ей руку, - так можно и нос расшибить!
Мария поднялась и посмотрела на вагончик. Оставляя за собой две черные борозды, тот неторопливо полз к челноку.
-Да здравствует малая механизация! – Чертенок помахал пультом управления от погрузочной лебедки, - за Вашим сараем я, так уж и быть, присмотрю, а Вы собирайте остальные вещи.
Слезы навернулись у девушки на глазах и, чтобы скрыть их, она отвернулась и побежала к жилому домику. За последние несколько часов жизнь уже столько раз швыряла ее с небес счастья в бездну отчаяния и обратно, что она начинала уже всерьез опасаться за свой рассудок. От таких резких перепадов даже гранитные скалы трескаются, что уж говорить о простой слабой женщине.
Страшно скрежеща и выпуская из-под себя фонтанчики искр, вагончик преодолевал последние метры трапа. За ним, согнувшись под тяжестью необъятного тюка, наспех сооруженного из цветастого пододеяльника, брела вконец вымотанная Мария. Чертенок стоял в дальнем конце трюма, небрежно облокотившись на мерно гудящую лебедку и наблюдая за тем, как наматывающийся трос бегает от одного края барабана к другому. Когда вагончик полностью заполз в люк, он ударил по красному «грибку» и остановил мотор. Времени, чтобы закрепить груз, уже не оставалось, ну да ладно, из герметично запертого трюма ничего не пропадет. Если что рассыплется – потом соберем.
-Закрывайте люк, мисс Оллани! – крикнул он девушке, которая, уронив свой тюк и слегка покачиваясь, темным силуэтом стояла у края трапа, - пульт на стене, справа от Вас.
Двигаясь словно лунатик, она послушно повернулась и, еле передвигая ноги, двинулась в указанном направлении, но на полпути вдруг остановилась, будто вспомнив о чем-то.
-Не стойте, закрывайте люк! – нетерпеливо окликнул ее Чертенок, - печалиться после будете!
-У меня к Вам есть один… вопрос, - она говорила еле слышно, но гулкая акустика пустого грузового отсека доносила до Чертенка каждое ее слово.
-Какой еще вопрос!? Вопросы потом, сначала надо убраться отсюда!
-В этом-то как раз и вопрос! Зачем Вы вообще полезли в это пекло?
Где-то неподалеку затрещал еще один обрушивающийся пинус.
-Вы что, совсем дурная!? – не выдержал Чертенок, - какая Вам разница? Закрывайте люк, черт подери!
Мария не шелохнулась. Поняв, что делать всю работу, по всей видимости, ему придется самому, он быстрым шагом направился к пульту.
-Стойте! – она не повысила голоса, но ноги Чертенка, тем не менее, подчинились команде, - я все же сначала хотела бы услышать ответ.
Девушка подняла правую руку, и в ней блеснул продолговатый металлический предмет. Манок!
Чертенок похолодел. Контроль над ситуацией в один миг выскользнул у него из рук, сконцентрировавшись в тонкой стальной трубочке. От Марии его отделяло около двадцати метров и, если она решит воспользоваться своим оружием, то помешать ей он никак не сможет. Свой пистолет он оставил в рубке.
Он обернулся. Приоткрытая дверь, ведущая из трюма наверх, находилась совсем рядом. При определенном везении он может успеть запереть ее за собой, но это, все равно, ничего не решает. В соответствии с требованиями техники безопасности управление закрытием грузового люка осуществлялось только с местного пульта. Того самого, рядом с которым стояла Мария. А с опущенным тратом не то, что взлететь, даже двигатели запустить невозможно.
Чертенок снова повернулся к девушке и, стараясь говорить спокойно, попытался ее урезонить:
-Пожалуйста, уберите эту штуковину, мисс Оллани, мне от нее делается немного не по себе. Нам надо улетать, и чем скорее, тем лучше. Сейчас не время для дурацких шуток.
-А я и не шучу, - Мария поднесла свисток ко рту, - я абсолютно серьезна. Вы слышали, как кричали хайенны, когда гибли их детеныши? Нет? Я могу воспроизвести, хотя это и не доставит мне удовольствия. Знаете, как будете выглядеть после этого
-Чего Вы хотите? – Чертенка переполняла злость на самого себя за то, что он так глупо попал в ловушку, в которой однажды уже побывал. Он чувствовал, как в нем медленно, но верно поднимается уже знакомый иррациональный страх, накатывающий холодной душной волной при одном только упоминании о хайеннах. Чувство собственной полной беспомощности вызывало жгучее желание громко взвыть.
-Всего-навсего ответа на свой вопрос. Зачем Вы приперлись сюда на этом челноке?
-Я спасаю Вашу драгоценную задницу, в конце концов! Не все ли равно, почему я это делаю!?
-Вы!? Хладнокровный убийца, и вдруг на тебе - решили совершить доброе дело? Просто так, за здорово живешь? Не верю!
-Не верите – не надо! Мне-то какое дело? Можете оставаться здесь, если хотите.
