Ее собеседник усмехнулся и, словно в доказательство своих слов, помахал в воздухе снятой еще несколько часов назад черной маской.
– Вот это поворот, – прыснула Фиона. – Моя младшая сестренка-то, оказывается, не принцесса, а… – Она внезапно замолчала.
Наступила продолжительная тишина. Молодой человек отставил бокал и, покинув свое место, подошел к окну. Под высокими стенами здания снова менялся караул.
– Да и не сестра она мне вовсе… А в тот день, больше года назад, это был ты за изгородью. Это был ты… – Фиона медленно повернула голову в сторону и, сосредоточив взгляд в известной ей одной точке звенящего воздуха, долго смотрела в пустоту, не говоря ни слова. – Значит, она вернулась на родину, – через некоторое время произнесла принцесса. – Что ж, так и должно было быть. – Она еще немного помолчала. – Керолайн уже вышла замуж за Линареса? – Ответом ей послужил отрицательный жест. – Тьфу ты, цаца! Допрыгается ведь! Такой партии ей больше никогда не представится. Чего она ждет? – Фиона хмыкнула и перевела взгляд на своего визитера. – Хотя, зная ее собачью преданность, могу предположить, с чем связаны подобные ожидания. Бедный дон Рикардо. Какая-то мелкая пигалица загнала его под каблук и еще ставит условия. На его месте провела бы такие разъяснительные работы, что та и пикнуть бы не посмела. Ждет она, видите ли. У моря погоды. – Принцесса тоже встала с кресла и медленно двинулась по периметру комнаты. – Ладно, с этими вроде все ясно. Одна вернулась на свое место, другая нашла новый дом. Пропащая судьба Линареса уже тоже определена. А жаль. Вот уж завидный жених. Как ваши дамы перенесут такую потерю? – она с усмешкой обернулась и посмотрела на обнаженную спину с удивительным орнаментом. – Или две? – ее серые, похожие на состаренное серебро, глаза внимательно изучили каждый завиток и остановились на темном рисунке на плече. – Много же сюрпризов еще ожидает Эль Пуэбло, – задумчиво протянула Фиона, подходя к окну и сближаясь со своим посетителем. – Какая горячая кровь, – провела она острым ногтем по загорелой коже. – Тебе хоть известно, что такое холод? Или ты его не чувствуешь? Так же как не чувствуешь боль и страх, – кончики пальцев на мгновение обхватили часть сильного плеча и попытались сдавить литые мускулы. – Камень, кажется, не так крепок, как это тело, – поглотили глухие стены едва уловимое дыхание. – Сколько женщин уже отдали тебе свои души? Десятки? Сотни? Сгорели дотла в твоем зеленом пламени. – Тонкая рука скользнула с рельефного плеча на широкую грудь. – Ты что-нибудь чувствовал при этом? Или чувства уже не властны над тобой? – Девушка сделала шаг назад и, постучав пальцем по красиво закругленному подбородку, окинула предмет своего изучения глубоким взглядом. – Впрочем, с той жизнью, в которую ты влез, чувства принесли бы слишком много проблем. Или же… – снова крадущееся движение вперед, – ты чего-то не договариваешь? – Тишина. – Хотя сейчас это не имеет значения. Очень многое в моей жизни уже не имеет значения… – Принцесса облокотилась на грудь своего гостя и, покусывая нижнюю губу, повернула голову к зеркалу. – Торжества, балы, наряды. И еще этот Нордфолк оббивает порог. Отец и мать уже сто раз ему все сказали, а он никак не поймет… Говорит, что увезет меня в Европу, что у него там уйма знакомых светил медицины, что им ничего не стоит меня вылечить. Как будто это имеет значение. – Она презрительно хмыкнула. – Вот как объяснить человеку, что "нет" значит "нет"? Существует ли какой-то действенный способ? – Фиона подняла голову и сразу же встретилась с бездонным зеленым омутом. – Тебе ведь не раз приходилось говорить "нет"?
За окном уже давно кипела утренняя жизнь: суетливая беготня, звяканье посуды, звуки передвигаемых предметов, перебранка слуг. Но в самой высокой комнате под крышей из красной черепицы царила тишина.
– Ты и сейчас скажешь мне "нет"? – раздался едва слышный шепот. – Как в тот вечер на балу и в ту ночь в Пещерах. Откажешь мне в третий раз? – Молчание. Только две пары глаз, внимательно следящих за движением воздуха в узком пространстве между губами. – О, жестокий… Тебе не нужно слов. Ты убиваешь взглядом. Один твой жест мог решить тогда мою судьбу. Я пошла бы за тобой на край света, забыла бы обо всех обидах и несправедливости. Вся моя жизнь была в твоем ответе… Но, – Фиона резко провернулась на каблуках и, заложив руки за спину, зашагала по комнате, – у всех свои вкусы и предпочтения, и пытаться изменить это бессмысленно. – Она посмотрела в окно. – Уже совсем светло. Как ты собираешься выбираться отсюда? Или, – девушка рассмеялась и откинула за спину беспорядочно рассыпавшиеся за долгую ночь блестящие волосы, – ты проведешь со мной весь этот день? – Она пристально вгляделась в строгие и правильные черты лица. – Нет, твои глаза говорят, что ты скоро уйдешь. Что ж, тогда у меня последний вопрос.
Принцесса вновь оказалась около высокого облика, освещаемого первыми утренними лучами, и, поднявшись на кончики пальцев, прошептала, почти касаясь маняще приоткрытых губ:
– Она в безопасности?
– Да.
