Руперту ничего более не оставалось, как покинуть музей. Он вернулся в гостиницу, в свой номер, и застыл в удивлении и тревоге на пороге. Сначала он подумал, что горничная решила сделать уборку, но почему-то бросила все и куда-то исчезла, но потом, поразмыслив, он понял, что у него в номере был учинен обыск. Все вещи были в беспорядке, даже скудная мебель была не на своем месте. Руперт вызвал дежурного по коридору, но тот лишь разводил руками.
— Горничная не убирала в вашем номере, — говорил дежурный.
— Это черт знает что! — с досадой и расстройством в голосе произнес Руперт.
— Вы проверьте, что пропало у вас. Я сообщу об этом менеджеру.
Руперт бегло оглянул вещи, и сказал:
— Ладно, ничего ценного здесь не было. Можете идти.
Когда он остался один, он еще раз оглянул портфель. Все было на месте.
«Слава Богу, что я полотна отправил в Лондон, — подумал Руперт, — а ведь пока я ходил в музей, здесь кто-то побывал. Им нужны иконы, значит, за мной следят. Наверняка с самого прибытия в город, а может и в Украину. Стоп! — промелькнула догадка у Руперта, — А что, если к этому причастен директор музея. Хотя нет, он не похож на того, кто охотиться за иконами, слишком глуп, но деньги любит. Он дал мне телефон. Да, верно. Может это и есть ответ на вопрос: кто здесь побывал, и учинил весь этот переполох?»
В холле гостиницы Руперт позвонил по телефону, указанному на визитной карточке.
— Здравствуйте! Меня зовут Руперт Коу. Мне дали ваш номер директор музея…
— Я знаю, — твердым голосом произнес мужчина. — Руперту показалось, что мужчина в возрасте, но еще не стар. — Мне сообщили о вас. Я здесь в гостях. Буду рад с вами побеседовать.
Александр Царев, как было написано на карточке, сообщил Руперту его временный адрес проживания, и они договорились о встрече.
Руперт лежал в своей кровати и не мог заснуть. Он думал о незнакомце. Кто бы это мог быть? Судя по голосу и по тому, как директор трепетно и с уважением называл его имя, этот человек должен быть богат и влиятелен. Имея адрес, по которому пройдет встреча, Руперт навел справки, не выходя из гостиницы.
Район Аркадия, где остановился Царев, является в городе самым дорогим местом, здесь проживают богатые люди. Слово «богатые» означает в этой стране принадлежность к мафиозному клану. Он был попросту — бандитом. Ходить на прием к такому человеку было опасно, но еще опаснее было не ходить к нему. Скорей всего, — думал Руперт, — все это было ничем иным, как приглашением на беседу. Этот Царев определенно что-то знал об аукционе и даже о самом художнике. И не Руперт, а скорее Царев нашел его и пригласил на разговор. Чего же он сулил опытному сыщику?
Руперт засыпал. Его сознание куда-то провалилось, окуталось непроницаемой дымкой. Он видел сон. Руперт оказался в красивом живописном месте: синяя река, лес в отдалении. Он стоит на пригорке, рядом ложбина. Неожиданно, по извилистой дороге, вдоль реки, мчится автомобиль. Он подъезжает к самой реке и резко останавливается. Из дорогого автомобиля вышло четверо молодых мужчин, с ними девушка. Один из мужчин разговаривает с девушкой, она падает на колени перед ним и горько плачет. Руперт хочет броситься на помощь, но понимает, что он этого сделать не в силах. Что-то сковывает его и не дает перемещаться.
Парень подходит к девушке сзади и стреляет пистолетом ей в затылок. Она падает навзничь. Что это? Убийство! — пролетает мысль у Руперта в голове. Четверо мужчин сбрасывают тело в воду и исчезают на машине.
Руперт чувствует тяжесть, боль, отчаяние, но ничего поделать не может. Вдруг, он почувствовал, как чья-то маленькая рука осторожно и мягко берет его за запястье. Он оглядывается и видит позади себя Ямеса Корра, внука австралийского миллионера. Его лицо печально и уныло, на глазах слезы.
— Не бойся, — говорит мальчик. — Я кое-что покажу тебе.
Руперт с тревогой в сердце следует за мальчиком. Они перелетают через ложбину. Руперт чувствует легкость полета и спокойно, вместе с мальчиком, приземляется у берега. Здесь находится труп, его еще не унесло течением. Небольшие волны колышут тело погибшей девушки, отказываясь принять его.
Ямес указывает на ее лицо, и Руперт склоняется над телом. Черты ее облика напоминают Руперту лицо молодой монашки, изображенной на одной из икон. Руперт с ужасом поднимается. Он хочет кое-что сказать Ямесу, но тот прикладывает палец к губам.
— Тихо, — говорит он, едва открывая рот. — Они не любят шума и тревоги. Ты должен успокоиться. Ты сможешь, у тебя получиться.
И Ямес вновь берет за руку Руперта, и они куда-то проваливаются, окруженные тьмой, а потом дымка вокруг них исчезает, и они вновь оказываются на земле. Только на этот раз, их окружают деревья. Они находятся в какой-то посадке. Небольшой пролесок. Руперт почти успокоился, он начал не бояться мальчика, а доверять ему.
