Уже из упоминания о неких взаимоотношениях Ильи и «королевы задонской» ясно, что не всегда Илья столь бесчувствен к женскому полу. Кое-где содержится намек даже на романтические отношения богатыря с женщинами. В былине из мезенского собрания А. Д. Григорьева повествуется, что как-то занесло богатыря «ко морю синёму», «морюшку Студёному», «ко камешку-ту ко Латырю», где повстречалась Илье баба Златыгорка. К ней он и «ходил-гулял» целых 12 лет, пока не прижил ей «чадышко любимоё».{83} После этого старый казак покинул свою подругу, оставив ей «чудён крест» (его Златыгорка должна была отдать родившемуся сыну) и «злачен перстень» (на случай рождения дочери). Родился сын Сокольник, в отличие от Бориса-королевича — необычный мальчик:
Когда Сокольнику исполнилось двенадцать, им овладело беспокойство, он начал, выходя на «красно крыльцо», обозревать в трубочку подзорную и «чисто поле», и «сине море», и «стольне Киев-град». И задумал молодец «съездить взять ведь крашен Киев-град». Матери он сообщил, что собирается съездить «на чисто поле», та дала ему свое благословение, но строго наказала:
Эти слова Сокольнику не понравились — судя по всему, его вообще не радовало положение незаконнорожденного. Снарядившись, он выехал в чисто поле. Здесь он стал «розъежживать»:
Кроме принадлежности к татарам Сокольника и, соответственно, его матери — подруги Ильи, здесь проясняются планы Сокольника — сын Муромца изначально ищет столкновения с отцом и наезжает на богатырскую заставу.
Илья, выйдя из «бела шатра», сразу завидел в трубочку подзорную неприятеля. Как и в случае с наездом богатыря Жидовина, следует выбор поединщика. В варианте, записанном А. Д. Григорьевым, им сразу становится Добрыня. На этот раз Добрыня подъехал к неприятелю, низко ему поклонился и поинтересовался, кто он такой, чей и откуда, куда едет и чего хочет. Ответ Сокольника нельзя назвать вежливым:
Добрыня понимает, что встреченный им наездник «не чета» ему, «не ровня». Он возвращается на заставу и передает разговор с Сокольником Илье. В печорском варианте былины из собрания Н. Е. Ончукова Добрыня не столь вежлив. Возмутившись, что чужой богатырь поначалу не обращает на него никакого внимания, он ругается:
Тут «татарин да поворот даёт», подъезжает к Добрыне:
