— Снова галлюцинации? — юноша ухватился руками за голову. — Чего ты хочешь?! Оставь меня в покое!
Уолкер отчётливо услышал зловещий, пробирающий до дрожи смех.
— Не выйдет…
Тут из-за порыва ветра резко захлопнулась оконная створка, вследствие чего парень вздрогнул от испуга. С минуту просидев неподвижно, он нервно сглотнул и подошёл к окну, чтобы поправить занавеску, угодившую в проём между средниками.
Осмотрев местность, Уолкер хотел было вернуться на прежнее место, но его внимание привлёк высокий широкоплечий мужчина, облачённый в строгий костюм и цилиндр, причём лицо незнакомца разглядеть не удавалось. Неспешно прогуливаясь по идеально ухоженному двору, он остановился у кустарников с цветущими розами, после чего сорвал одну, похоже, совсем не боясь пораниться об острые шипы. Незнакомец долго разглядывал алый цветок и вдыхал его аромат, как будто о чём-то размышляя. Чем дольше Аллен наблюдал за ним, тем чаще задавался вопросом, почему слишком многое в этом человеке, которого он в принципе знать не может, кажется ему до боли знакомым.
Наверное, это какое-то совпадение, — одёрнув себя, подумал парень. — Иначе я не могу объяснить, почему он так сильно напоминает мне…
Вдруг мужчина с силой смял розу в кулаке, а лепестки пустил по ветру. Затем, словно почуяв, что за ним следят, начал медленно поворачивать голову в сторону окна, за которым скрывался «лазутчик». Юноша непроизвольно затаил дыхание.
— Аллен?
Узреть лицо незнакомца он так и не успел, так как обернулся на голос Линали, зашедшей в комнату в сопровождении всё той же служанки. Так ничего и не ответив, парень вновь посмотрел на то место, где должен был находиться этот загадочный человек, однако, к его удивлению, того уже и след простыл.
— Аллен? Что с тобой?
С обеспокоенным видом девушка взяла его за руку, и только тогда он, рассеянно взглянув на неё, ответил:
— Всё в порядке. — Судя по нахмуренному виду Линали, такой неправдоподобный ответ её не устроил. — Кажется, я видел твоего отца.
В глазах Кемпбелл промелькнул страх, а рука, что удерживала юношу, дрогнула.
— Миранда, мой отец разве не должен был покинуть поместье ещё на рассвете? — спросила она, не отрывая взгляда от Уолкера.
— Не могу сказать точно, госпожа. Возможно, граф решил уехать только сейчас.
Аристократка нервно выдохнула.
— Аллен, прошу, пока ты находишься в этом доме, проявляй крайнюю осторожность. Если тебя заметят, то…
— Знаю, знаю, прости, — виновато опустив глаза да теребя шею, сказал он. — Высовываться в окно мне явно не следовало.
Чмокнув возлюбленного в щёку, девушка удалилась за небольшую ширму, где служанка помогла затянуть ей корсет, который, судя по недовольным возгласам, доносившимся до ушей парня, Линали терпеть не могла. Когда с нарядом было покончено, Миранда приступила к кропотливой работе над причёской своей госпожи. Сидя напротив трёхстворчатого зеркала, Кемпбелл могла наблюдать за юношей, который, устроившись на небольшом диванчике и погрузившись в свои мысли, помалкивал, что её, если не тревожило, то как минимум настораживало.
— Миранда, почему ты привела Аллена ко мне, а не сдала моей семье?
В сторону Линали устремились недоумевающие взгляды. Служанка, стараясь оставаться спокойной, медлила с ответом.
— Я хотела помочь Вам, госпожа.
— Когда выдавала Тики мои секреты, тоже думала, что помогаешь? — с осуждением в голосе спросила она. Миранда, виновато потупив взгляд, промолчала. — Пойми меня правильно, я не могу сказать, что виню тебя за это, потому что знаю своего брата. Скорее я просто не понимаю, что в этот раз сподвигло тебя пойти на риск.
— Думаю, я хотела таким образом отплатить Вам за то, что тогда проговорилась, — наконец, призналась собеседница.
Линали не торопилась верить служанке. Слишком уж неубедительно она оправдывалась, что вызывало ещё больше подозрений. Опять же в данном случае обойтись без её помощи вряд ли получится. Если говорить о доверии, то Миранда по-прежнему оставалась единственной, на кого хоть как-то можно положиться. В общем, иного выбора, кроме как поверить на слово, попросту не было.
Аллен же, внимательно слушая, предпочёл не вмешиваться в диалог.
— Всё же мне не совсем понятно, почему ты вдруг стала жертвовать своим благополучием ради моих, так сказать, прихотей, — сверля служанку недоверчивым взглядом, продолжала девушка. — Ведь ты, прежде всего, предана моему отцу, а не мне.
Как только последняя шпилька обосновалась в затейливо собранных волосах аристократки, Миранда отошла в сторону.
— Дело не в преданности, — снова заговорила она. — Конечно, я не одобряю Ваш выбор, но не мне судить. Я лишь хочу сказать, что понимаю Ваши чувства, госпожа, поэтому посчитала нужным помочь Вам.
Рассмотрев себя в зеркале, Кемпбелл подошла к собеседнице и, положив ладонь ей на плечо да улыбнувшись, сказала:
