Вторая стратегия, интуитивная, включает в себя как сознательное, так и частично бессознательное: и информацию, и эксформацию. Обучаемый воспринимает учительскую симуляцию: воспроизводит ее, базируясь на аргументах и состояниях ума, которые передаются учительскими словами и жестами. Общение происходит на высокой пропускной способности, так как применяется не только вербальная, символическая пропускная способность, но еще и визуальная.
Третья стратегия, интерактивная, подразумевает гораздо более высокую пропускную способность, нежели чистое формальное обучение. Но учителя нет: обучающийся сам получает и отсеивает информацию. Тем не менее тщательно продуманные экспериментальные приборы позволяют обучаемому изменять свою симуляцию, свое восприятие того аспекта реальности, к которому относятся эти приборы.
Если бы мы обучались только сознанием, и, следовательно, наше «я» отвечало бы за все знания, которые мы приобретаем, как бы мы смогли научиться ездить на велосипеде, танцевать или думать?
Существует множество навыков, которые мы можем применять, не отдавая себе в этом отчета. На самом деле гораздо чаще мы не отдаем себе такой отчет.
Как выглядит Мэрилин Монро? Опишите ее! Блондинка — да, улыбающаяся — да, мушка на лице — да. Можете ли вы сказать еще что-то? Большинство людей не смогут — но если есть картинка, даже часть картинки, мы немедленно узнаем ее лицо.
Как выглядит ваша семья? Ваш начальник? Ваши коллеги? Ваш сосед? Вы знаете, вы, конечно же, знаете — но не можете облечь свое знание в слова. Невозможно описать лицо с помощью большого количества деталей, хотя всего одной из этих деталей может быть для вас достаточно, чтобы вспомнить ее обладателя.
Британский философ Майкл Полани описал этот феномен в 50-е годы как неписаное знание. Большинство того, что мы знаем, не может быть выражено словами. Пример с лицами — это как раз пример Полани, чья точка зрения была обобщена шведским философом Ингваром Йоханссоном: «Полани говорит, что когда мы направляем наше внимание, к примеру, на лицо, в то же время мы отводим свое внимание от деталей лица. Мы отводим внимание от того, о чем у нас имеется неписаное знание. Можно сказать, что мы всегда уделяем внимание тому или другому, получая знание — но если так, мы должны также и отводить свое внимание. Неписаное знание необходимо, если вообще необходимо само знание.»
Жизненно важный аспект идеи неписаного знания в том, что навык, к примеру, такой, каким обладает искусный мастер, содержит больше знания, чем мы можем описать. Умение обращаться с растениями («зеленые пальцы») не может быть передано путем описания: вы можете стать обладателем зеленых пальцев, только испачкав свои собственные пальцы в земле (а некоторые из нас так никогда и не получают этих знаний).
Повседневная жизнь содержит бесчисленные примеры, подобные этому, но они так же часто встречаются и в науке — деятельности, которая, возможно, более, чем все остальные, должна базироваться на установленном и точном знании. Но в 1962 году, в русле открытий Полани, американский научный историк Томас Кун сформулировал свою знаменитую теорию парадигм науки. Фундаментальная идея Куна заключалась как раз в том, что наука не может отвечать за свои собственные ценности и нормы — и даже за свои теории. Человек становится ученым, проведя определенное количество опытов, которые он повторяет. Он просчитывает уравнения ньютоновской физики, чтобы получить неписаные знания. Он экспериментирует с менделевскими генетическими законами, повторяя несколько опытов. Он изучает в процессе — то есть учится путем повторения действий, а не слов (хотя способ «попугайного обучения» награждает лишь тех людей, которые хорошо могут повторять слова, не вдаваясь, могут ли они повторить их значение).
В современной научной философии термин «парадигма» означает нечто иное, чем то, что он означал для Куна, когда тот его вводил. В настоящее время парадигма означает то, что находится в рамках «картины мира», и многие люди говорят о новой парадигме, под которой они подразумевают новую картину мира, что бы это ни значило.
Когда Куна критиковали за использование термина «парадигма» (который на самом деле является переводом с греческого — «изменение существительных, глаголов и других частей речи») двадцатью двумя разными способами, он решил сменить свою лексику и начал говорить об эталонах: «Конкретных решениях задач, которые студенты встречают с самого начала своего научного образования, в лабораториях, на экзаменах или в конце глав научных учебников», — пишет Кун.
Эталон содержит все неписаное знание, о котором не говорят нам формулы — это значение символов. Воспринять его можно, только попытавшись применить символы на практике, используя их для отсеивания информации. Мы не можем ничего выучить, просто уставившись на символы. Они раскрывают свою силу только тогда, когда объединяются с живым человеческим мозгом, который способен восстановить определенную часть эксформации, присутствовавшей в то время, когда эти символы формулировались.
