От этого у Евы скоро закружилась голова.
Невысокого роста, но с весьма соблазнительной фигуркой, Брэнди Дайсон в сапогах на шпильках носилась по залу, подобно молнии. Еве в конце концов все-таки удалось отловить ее.
— Извините. — Брэнди одарила Еву ослепительной улыбкой и взмахом настолько густых и тяжелых ресниц, что элементарное открывание глаз превращалось в настоящий подвиг. Затем извлекла из усыпанного яркими камешками футляра на поясе фляжку и сделала глоток. — Энергетический напиток, вполне законный. Вы хотели расспросить меня о Картере. У него возникли какие-то проблемы?
— А они должны были возникнуть?
Брэнди рассмеялась.
— Такие вопросы нельзя задавать бывшим женам. Быть подлецом не противозаконно, правда? Если бы это было не так, половина моих парней уже отбывала бы срок.
— И в чем же состоит подлость Картера Юнг-Сакса?
— Странный вопрос для полицейского, но ответить на него просто: в эгоизме, немыслимой самовлюбленности, лживости и предельной непорядочности.
Уловив, куда клонит Ева, Пибоди доверительным тоном обратилась к Брэнди:
— Может быть, вы приведете нам какой-нибудь пример или расскажете анекдотец из его жизни?
— Представьте, как он поступил со мной в мой день рождения. Заявил, что ему нужно принять участие в одном срочном совещании, а сам укатил на Капри с другой женщиной. Но это был последний раз, когда он сумел меня обмануть. Подобных случаев до того было бесчисленное множество, но ведь так тяжело бывает продраться сквозь внешнюю мишуру и разглядеть черное нутро.
— Вот это подлость так подлость, — выдохнула Пибоди. — Подложить вам такую свинью на ваш день рождения.
— Да, вы меня правильно поняли. Но ведь начинал-то он как! Как был внимателен, как бегал за мной! Настоящий рыцарь. Ну и, конечно, вскружил мне голову. А я незадолго до того начала встречаться с одним парнем, по-настоящему хорошим парнем, и, представляете, бросила его ради Картера!
Тяжелый вздох сотряс все ее тело, после чего Брэнди повернулась к вешалке, чтобы поправить съехавшую набок громадную сумку в полоску.
— Я, конечно, была полной идиоткой — ушла от своей настоящей любви. Но, как только Картер меня заполучил, вся его мерзость сразу же полезла наружу.
— И каким же образом?
— Ну, во-первых, я должна была бросать все свои дела ради его дел. Он высмеивал все мои начинания — мой магазин, к примеру. Вначале тонко и вроде бы тактично, обычные невинные шуточки — вы знаете, как бывает. Но постепенно его нападки становились грубее, и мне стало ясно, что он совсем не уважает то, чем я занимаюсь. А ведь только потому, что у моих родителей есть деньги, причем немалые, я вовсе не обязана сидеть сложа руки и отказаться от попыток реализовать себя как личность.
Брэнди шумно выдохнула.
— Я все еще страшно зла на него. И что же он на сей раз учудил?
— Вообще-то я не уверена, что он что-то учудил, кроме того, что был и остается подонком, — ответила Ева.
Взгляд Брэнди под невообразимо тяжелыми веками сделался убийственно жестким.
— И если он все-таки что-то учудил, то будьте уверены, что его братец-близнец в курсе его дел.
— Вы имеете в виду Тайлера Байдена?
— Этот даже и не скрывает, что он подонок. Ему нравится быть подонком. Подлость — его главное занятие в жизни, в нем он проявляет блестящие способности. Злобный, циничный, надменный подонок. Извините. Я все еще очень злюсь.
— Не стоит извиняться, — заметила Ева. — Мое впечатление полностью совпадает с вашим.
— Замечательно. А еще я должна вам сказать, что ни тот, ни другой совершенно не разбираются в бизнесе. Если бы они не были наследниками, их в компанию «Юнг-Байден» не взяли бы даже полы мыть. Особенно Картера. Попробуйте завести с ним разговор о спросе и предложении, маркетинге, чистой прибыли, целевой аудитории, динамике рынка, и вы поймете, что он пустое место. На самом деле он — элементарный идиот. Идиот и подонок, сделавший из меня идиотку из-за того, что я отдала ему восемь с половиной месяцев своей жизни.
— Значит, он был совсем не склонен вести беседы о бизнесе, работе и о своей компании?
— Не то чтобы не склонен, он просто не способен. Ему нравится говорить о компании, но только чтобы похвастаться. О деньгах и о том, какими способами можно их потратить, о своих путешествиях. Картер любит поливать грязью свою мамашу после того, как пропустит пару рюмок или…
— Я уже поняла, что он не ограничивается только алкоголем, — заметила Ева.
