— А теперь брюки.
Ева снова замерла на месте. Ей все еще было больно, но часть боли сейчас затаилась под мягкой ватой блокатора.
— Хорошо, но при условии, что это сделаешь ты.
— Как я могу отказаться от столь щедрого предложения? — С этими словами Рорк расстегнул на ней брюки и стащил их вниз. — Здесь ты тоже вся в синяках. — С этими словами Рорк осторожно погладил ей затылок. Впрочем, никаких шишек и ссадин он не нащупал. Спасибо и на том. — Но, судя по ролику, который показали в эфире, больше всего досталось твоей попке.
— Да, сейчас она вся онемела, но ничего, пройдет. В общем, попа и сиськи приняли на себя основной удар.
— Две мои самые любимые части. А теперь вставай. — Рорк осторожно придержал ее в вертикальном положении и легонько коснулся губами ее виска.
Это всего лишь ушибы, напомнил он себе. Не первый раз и не последний.
— Ты уже видела этот ролик?
— Нет необходимости. Ведь я там была.
— Думаю, тебе стоит его посмотреть. — Рорк осторожно приподнял топик и вовремя сдержался, чтобы не выругаться. Вдоль ее ребер протянулась цепочка синяков.
— Еще две секунды или оцени ты неверно траекторию и скорость, и этот мальчишка не отделался бы одними синяками.
— Все произошло слишком быстро. Этот гад… ты вспомни, как он двигался. Как молния. Он подхватил мальчишку одной рукой, локтем другой толкнул его отца, затем описал пируэт и швырнул. Говорю тебе, Рорк, он когда-то играл в баскетбол. Причем профессионально. А еще он силен. Думаю, ребенок весил никак не меньше двадцати пяти фунтов.
— Двадцать семь, по словам его родителей.
— Значит, двадцать семь. Но он швырнул его, как будто тот весил фунта два, не больше. Частично причиной тому адреналин, но и без адреналина силы ему не занимать.
Рорк стащил с Евы трусики и теперь рассматривал ее попу.
— Ну как? Очень страшно? — спросила Ева, вытягивая шею, чтобы увидеть самой.
— Да, вижу пару синяков. Один формой похож на Африку, второй, чуть поменьше, на Австралию. Плюс небольшая цепь островов к ним в придачу.
— Отлично. Теперь у меня на попке карта мира. — Ева повернулась и взглянула на себя в зеркало. — Ой, и вправду карта мира.
— Там у тебя не слишком много мяса.
— Ты недоволен?
Рорк легонько провел по ней пальцем.
— Лишь ее нынешним состоянием.
— Ничего, как только я понежусь в горячей ванне, и мне, и моей попке полегчает.
— Боюсь, вам с ней сейчас нужен лед.
— Только не лед. Он холодный.
— Неужели? Это следует записать для памяти. Живо ложись. На кровать.
— Может, все же в ванну? В ней приятней.
— Тебе и без ванной будет приятно. Попку повыше, — приказал он, а сам направился в другую комнату.
Нет, ей действительно пригодилась бы сейчас ванна. И если от ледяного компресса ей не открутиться, то чем раньше его положить, тем раньше можно снять, после чего она сможет делать то, что нравится ей. Кроме того, растянуться на кровати — тоже приятно, по крайней мере, так, чтобы не задеть при этом больные места.
Вернулся Рорк и опустился рядом с ней на колени.
— А как ты вообще там оказалась?
— Фини мне что-то сказал, и мне хотелось прощупать их бывших. Часто бывшие жены говорят, что, мол, расстались с мужем мирно, никаких обид. Но на самом деле они готовы разорвать своих бывших благоверных на мелкие кусочки, были бы желающие.
Почувствовав холодное прикосновение льда, Ева ойкнула, но уже в следующий миг боль отступила, ей стало легче. Похоже, лед не такая уж плохая штука.
— И ты такой кусок получила?
— Да, от Картера Юнг-Сакса. Он вписывается в профиль Миры, и внутренний голос подсказывает мне, что такой тип, как он, способен, поддавшись минутному порыву, на убийство. С другой стороны, он такой не единственный. Я поручила Пибоди отыскать еще парочку бывших, чтобы попробовать вытрясти из них что-то полезное, и вдруг этот ублюдок набрасывается на меня и пытается вырубить. Причем сзади. Трус позорный.
Руки Рорка повисли в воздухе.
— Так он в тебя стрелял? На высокой энергии?
— Нет, уровнем ниже.
До Евы только в следующий момент дошло, что она призналась мужу в том, что в нее стреляли, причем никак его к этому не подготовив.
— Я услышала свист, — не поняла, что это, — а в следующий миг меня что-то ударило между лопаток. Так что считай, что твоя хваленая противоударная броня успешно прошла боевое крещение.
Ева выставила вверх большой палец.
— Это от отчаяния, — продолжала она. — А еще явная горячность и глупость. Стрелять в двух копов посреди такой толчеи. Нет, сам выстрел был просто класс, что подсказывает мне, что шокером этот тип пользовался не в первый раз. Что опять-таки подсказывает мне, — ибо он не профессионал, а значит, владеет оружием нелегально, — что он из бывших. Или из копов, или из военных. Возможно, у него есть лицензия коллекционера, но я склоняюсь к тому, что мы имеем дело с бывшим военным. Хотя, вполне возможно, в данный момент он работает на кого-нибудь из больших шишек охранником или телохранителем. Типа того.
Ева услышала жужжание массажера и ощутила его прикосновение.
— Но ведь, вырубив тебя, он ничего бы не добился. Он был бы вынужден довести дело до конца.
