Предполагалось, что подписка Twitter Blue будет служить множеству целей. Во-первых, она приведет к уменьшению количества фабрик троллей и армий ботов, поскольку на одну кредитную карту и один номер телефона можно будет зарегистрировать только один верифицированный аккаунт. Во-вторых, она станет новым источником дохода. Кроме того, она позволит Twitter получать информацию о кредитных картах пользователей и однажды стать более масштабной платформой для оказания финансовых услуг и осуществления платежей, о создании которой давно мечтал Маск. К тому же подписка могла помочь с решением проблем мошенничества и риторики ненависти.
Маск велел подготовиться к введению подписки с понедельника, 7 ноября. К этому времени инженеры успели разработать необходимый функционал, но еще до запуска поняли, что проблемой станет человеческий фактор: тысячи жуликов, мошенников и провокаторов примутся искать способы обмануть систему верификации, получить голубую галочку, а затем изменить свои профили, чтобы выдать себя за других. Рот представил на рассмотрение семистраничную служебную записку с перечислением этих рисков. Он настаивал на том, чтобы не внедрять новую функцию хотя бы до окончания промежуточных выборов в Конгресс США, назначенных на 8 ноября.
Презентация в переговорной комнате
Маск понял, в чем проблема, и согласился дать двухдневную отсрочку на введение подписки. В полдень 7 ноября он вызвал менеджера по продукту Эстер Кроуфорд и двадцать инженеров на совещание, чтобы снова подчеркнуть, как важно не допустить махинаций с Twitter Blue. “Будет масштабная атака, – предупредил он. – Масса злоумышленников попытается проверить наши защитные механизмы. Они будут выдавать себя за меня и за других людей, а затем пойдут в прессу, которая захочет нас уничтожить. Из-за голубых галочек начнется Третья мировая война. Нам нужно сделать все возможное, чтобы не ударить в грязь лицом”. Когда один из инженеров попытался поднять другой вопрос, Маск его перебил. “Сейчас об этом не стоит даже думать, – сказал он. – У нас одна приоритетная задача: остановить кучу самозванцев, которые непременно появятся”.
Трудность состояла в том, что в этом случае нужны были не только строки кода, но и люди. Маск сократил 50 % штатных сотрудников и 80 % подрядчиков, которые занимались верификацией пользователей. Антонио Грасиас, помогавший провести сокращение бюджетов, приказал Роту радикально сократить расходы на модераторов.
Когда утром в среду, 9 ноября, подписка Twitter Blue наконец заработала, проблема с самозванцами оказалась весьма серьезной, как и опасались Маск и Рот. На них обрушилось цунами фальшивых аккаунтов с голубыми метками, подделанных под аккаунты известных политиков и – хуже того – крупных рекламодателей. Один из них, притворяясь фармацевтической компанией Eli Lilly, твитнул: “Мы рады сообщить, что инсулин теперь предоставляется бесплатно”. Цена акций компании за час упала более чем на 4 %. Фальшивый аккаунт Coca-Cola сообщил: “Если это сообщение наберет 1000 ретвитов, мы вернем в «кока-колу» кокаин”. (Нужное количество ретвитов набралось, но кокаин в рецепт не вернули.) В фальшивом аккаунте Nintendo появилась картинка с Марио, который показывал всем средний палец. Печальной участи не избежала и Tesla. “Наши автомобили не соблюдают ограничения скорости возле школ. Пошли эти дети в жопу”, – твитнул один фальшивый аккаунт Tesla с голубой галочкой. Другой написал: “СРОЧНАЯ НОВОСТЬ: вторая Tesla врезалась во Всемирный торговый центр”.
Несколько часов Маск упрямо шел вперед, внедряя новые правила и угрожая самозванцам. Однако на следующий день он решил приостановить эксперимент с Twitter Blue на несколько недель.
<p>Возвращение к работе</p>Когда введение подписки Twitter Blue обернулось катастрофой масштабов падения “Гинденбурга”, Маск вошел в свой кризисный режим. Порой кризисы заряжают его энергией. Когда он сталкивается с кризисом, его переполняет радостное возбуждение. Но только не на этот раз. В те среду и четверг он был мрачен, зол, раздосадован и неприветлив.
Отчасти это объяснялось тем, что финансовое положение Twitter стремительно ухудшалось. Когда в апреле он сделал предложение о выкупе компании, Twitter был практически самофинансируемой организацией. Но теперь доходы от рекламы снизились, а компании нужно было обслуживать проценты, имея долг объемом более 12 млрд долларов. “Это одна из самых ужасных финансовых картин, которые я видел в своей жизни, – сказал Маск. – Думаю, в следующем году у нас вполне может возникнуть дефицит более чем в два миллиарда”. Чтобы удержать Twitter на плаву, он продал еще часть своих акций Tesla общей стоимостью 4 млрд долларов.
