Илон Маск полностью

Маск отчаянно нуждался в отдыхе. Он совершенно не умел ходить в отпуск, но несколько раз в год улетал на два-три дня на гавайский остров Ланаи, где останавливался в одном из домов своего наставника Ларри Эллисона. Например, он поступил так в апреле, когда решил купить Twitter. В конце декабря он прилетел туда с Эксом и Граймс.

Эллисон недавно построил на острове астрономическую обсерваторию, под куполом которой стоял зеркальный телескоп метрового диаметра, весивший 1350 кг. Маск попросил направить его на Марс. Некоторое время он молча смотрел в окуляр, а затем подозвал Экса и поднял его, чтобы он тоже взглянул на красную планету. “Смотри, – сказал Маск. – Однажды ты будешь там жить”.

С Гавайев они с Граймс и Эксом улетели на мексиканский курорт Кабо-Сан-Лукас, чтобы вместе с Кимбалом и его семьей отметить завершение непростого 2022 года. Приехали четверо старших сыновей Илона и все дети Кимбала. “Мы были вместе, и это благотворно сказывалось на нашей нервной системе, – говорит Кимбал. – Мы очень сложная семья, и крайне редко мы все одновременно оказываемся счастливы”.

После покупки Twitter Маск пребывал в состоянии войны и проявлял свой осадный менталитет, который сформировался у него в детстве и плодил в нем многочисленные обиды. Его ноги были тяжелы, а язык тела – резок, и весь он был напряжен, всегда готовый к битве. Но в кругу семьи он получал возможность расслабиться. В первый вечер в Кабо он поужинал с Кимбалом, Каем и Антонио Грасиасом в очень тихом ресторане. На следующий день они играли в настольные игры и смотрели кино. Маск выбрал фантастический боевик “Разрушитель”, где Сильвестр Сталлоне играет рискового полицейского, который подходит к своей работе с таким огромным рвением, что причиняет огромный сопутствующий ущерб. Это показалось Маску забавным.

Кульминацией новогодней вечеринки, устроенной на курорте, стал традиционный отсчет секунд до полуночи. Когда все обнялись друг с другом и отгремели фейерверки, Маск задумался и устремил свой взгляд в пространство. Его друзья понимали, что не стоит отвлекать его, когда он входит в такой транс, но в конце концов Кристиана положила руку ему на спину и спросила, все ли в порядке. Он молчал еще минуту. “Надо вывести Starship на орбиту, – наконец сказал он. – Мы должны вывести Starship на орбиту”.

“Это как ChatGPT, только для машин”, – сказал Маску Дхавал Шрофф. Он сравнивал свой проект в Tesla с основанным на искусственном интеллекте чат-ботом, который только что представила компания OpenAI, созданная Маском и Сэмом Альтманом в 2015 году. Почти десять лет Маск работал над различными проектами в сфере искусственного интеллекта, включая беспилотные автомобили, робота Optimus и человеко-машинный интерфейс Neuralink. Шрофф пытался покорить очередной рубеж в области машинного обучения – создать систему для беспилотного управления автомобилем, которая будет учиться у людей. “Мы обрабатываем гигантский объем данных о том, как люди ведут себя в сложных ситуациях на дороге, а затем обучаем нейронную сеть компьютера воспроизводить их действия”.

Маск решил встретиться со Шроффом – который периодически становился четвертым мушкетером в команде Джеймса, Эндрю и Росса, – поскольку подумывал переманить его из команды Tesla по разработке автопилота в Twitter. Шрофф надеялся избежать этого, убедив Маска, что проект, над которым он работает, чрезвычайно важен и для Tesla, и для всего остального мира, ведь в его рамках в программу автопилота Tesla – они называли ее “планировщиком траектории на базе нейронной сети” – предполагалось добавить элемент “обучения у людей”.

Их встреча была назначена на день, который оказался так насыщен разными сюжетными линиями, что в любом киносценарии его сочли бы слишком надуманным, – на пятницу, 2 декабря 2022 года, когда Мэтт Тайбби должен был опубликовать первую партию “файлов Twitter”. Тем утром Шрофф, как и было велено, приехал в штаб-квартиру Twitter, но Маск, только что вернувшийся с презентации Cybertruck в Неваде, извинился перед ним. Он забыл, что должен полететь в Новый Орлеан, чтобы обсудить европейские правила о модерации контента с президентом Франции Эмманюэлем Макроном. Он попросил Шроффа вернуться вечером. Ожидая Макрона, Маск написал Шроффу и передвинул их встречу на более позднее время. “Я задержусь на четыре часа, – написал он в какой‐то момент. – Ты можешь подождать?” Одновременно с этим он неожиданно написал Бари Вайс и Нелли Боулс и пригласил их тем же вечером прилететь в Сан-Франциско, чтобы принять участие в работе с “файлами Twitter”.