Илон Маск полностью

После того как Маск привлек к сотрудничеству Мюллера и нескольких других инженеров, настала пора обзавестись штаб-квартирой и собственным заводом. “Мы встречались в гостиничных конференц-залах, – говорит Маск, – поэтому я поездил по районам, где находилось большинство авиакосмических предприятий, и нашел старый ангар прямо возле лос-анджелесского аэропорта”. (Формально штаб-квартира SpaceX и примыкающее к ней конструкторское бюро Tesla расположены в городе Хоторн в округе Лос-Анджелес неподалеку от аэропорта, но я буду называть это Лос-Анджелесом.)

Проектируя завод, Маск руководствовался своим убеждением, что конструкторскому, инженерному и производственному отделу необходимо непосредственно взаимодействовать друг с другом. “Люди у конвейера должны иметь возможность мгновенно вызвать инженера или конструктора и спросить у него: «Какого черта ты здесь наделал?» – пояснял он Мюллеру. – Положив руку на горячую плиту, ты отдернешь ее сразу, но если руку положит кто‐то другой, ты торопиться не станешь”.

Команда SpaceX росла, и Маск внушал ей свою терпимость к рискам и волю к изменению реальности. “Если кто‐то источал негатив или считал, что что‐то сделать невозможно, на следующее совещание его не приглашали, – вспоминает Мюллер. – Он хотел работать только с людьми, которые делают дело”. Это хорошо мотивировало людей добиваться того, что им казалось невозможным. Но в результате рядом оставались те, кто боялся сообщать плохие новости и ставить под сомнение принимаемые решения.

Маск и другие молодые инженеры работали допоздна, а потом запускали на своих компьютерах какой‐нибудь многопользовательский шутер, например Quake III Arena, подключались к конференц-звонку и устраивали смертельные битвы, которые затягивались до трех часов ночи. Маск играл под ником Random9 и был (естественно) самым агрессивным. “Мы орали друг на друга, как толпа безумцев, – рассказывает один из сотрудников. – И Илон рубился вместе с нами”. Обычно он одерживал верх. “Он пугающе хорош в этих играх, – говорит другой сотрудник. – У него чертовски быстрая реакция, и он знал все хитрости и умел заставать людей врасплох”.

Маск назвал ракету, которую они строили, Falcon-1, как космический корабль из “Звездных войн”[5], и позволил Мюллеру выбрать названия для двигателей. Он хотел, чтобы они получили красивые имена, а не просто комбинации из букв и цифр. В одной из фирм-подрядчиков работала женщина-сокольник, которая рассказала, какие бывают виды соколов. Мюллер выбрал для двигателей первой ступени название Merlin, а для двигателей второй ступени – Kestrel[6].

Маск был сосредоточен на снижении расходов. И дело было не только в том, что на кону стояли его собственные деньги, хотя это и играло свою роль. Но главное, что экономичность имела чрезвычайную важность для достижения его итоговой цели – колонизации Марса. Он оспаривал цены на комплектующие, устанавливаемые поставщиками авиакосмической отрасли, поскольку обычно они были в десять раз выше, чем цены на подобные детали и компоненты в сфере автомобилестроения.

Его сосредоточенность на затратах, а также свойственное ему желание все контролировать привели к тому, что он хотел производить как можно больше комплектующих своими силами, вместо того чтобы заказывать их у поставщиков, как тогда было принято в ракето– и автомобилестроительной отраслях. Мюллер вспоминает, как однажды, когда SpaceX понадобился клапан, поставщик назвал цену: 250 тысяч долларов. Маск ужаснулся и сказал Мюллеру, что нужно сделать этот клапан самим. Они справились с задачей за несколько месяцев, потратив гораздо меньше. Другой поставщик попросил 120 тысяч долларов за привод, поворачивающий сопло двигателей второй ступени. Маск заявил, что он, по сути, не сложнее механизма для дистанционного открывания гаражных дверей, и велел одному из инженеров изготовить его за 5 тысяч. Джереми Холлман, молодой инженер из команды Мюллера, обнаружил, что клапан, который используется для смешивания жидкостей на автомойках, можно модифицировать для работы с ракетным топливом.

Однажды подрядчик поставил SpaceX алюминиевые полусферические днища для топливных баков, но взвинтил цену за следующую партию. “Прямо как маляр, который покрасил половину дома за одни деньги, а потом запросил втрое больше за вторую половину, – говорит Марк Джанкоса, ставший ближайшим коллегой Маска в SpaceX. – Илон этому не обрадовался”. Маск заявил, что поставщик “поступил по‐русски”, намекая на свои переговоры с ракетными спекулянтами из Москвы. “Давайте сделаем их сами”, – сказал он Джанкосе. На заводе оборудовали новый цех для производства днищ. Через несколько лет SpaceX уже изготавливала 70 % компонентов своих ракет.