В голове бешено вертелся хоровод мыслей. Что делать? Что ей делать? У нее ничего не вышло. Что ей сказать своему мучителю, когда он позвонит, а он, несомненно, позвонит?
Теперь, когда нечего терять, может, стоит пойти прямиком в полицию и рассказать всю историю? Но не будет ли у нее из-за этого проблем с законом? За лжесвидетельство? Препятствование отправлению правосудия? Все это не важно, лишь бы вернуть Лору, все равно, даже если она в итоге попадет в тюрьму, только бы дочь была в безопасности. Но вернет ли она ее? Сумеет ли? Как? Обратившись в полицию Эквадора? И что им сказать? Она даже не знает, где Лора и Кэсси: все еще на Галапагосских островах или в Эквадоре? Они могут быть где угодно в Южной Америке.
Мэг вернулась мыслями к бурным событиям последних полутора часов. По крайней мере, проголосовали они десять к одному. Не единогласно. Может, злобный ублюдок, по крайней мере, зачтет ей это? Неужели он не понимает, что так решило большинство?
Придя домой, она привела в порядок клетки животных. И стала ждать звонка.
Мэг испробовала все, чтобы отвлечься, и прежде всего включила новости по телевизору. Но мысли метались из стороны в сторону, она не могла сосредоточиться – новости ее не интересовали, она думала только о Лоре. Лора должна быть в безопасности. Все на свете потеряет смысл, если с ней что-нибудь случится.
«Позвони, пожалуйста, позвони. Милая Лора… Пожалуйста, позвони, ты, урод».
Мэг решила, когда он позвонит – если он позвонит, – она будет напирать на то, что старалась изо всех сил, в то время как шансы на успех таяли на глазах. Она отдастся на его милость, будет взывать к лучшей стороне его натуры.
Но он не позвонил.
Как и думала Мэг, Гарольд Траут тоже был здесь. Человек на пенсии, свободного времени уйма, вполне можно и прийти, тем более что он наверняка с нетерпением ждал, когда свершится правосудие. Правосудие, в котором он имел удовольствие поучаствовать.
Как и она.
Когда критическая ситуация миновала, Мэг решила поступить по совести и проголосовала за виновность Гриди.
Траут сидел за столом в комнате присяжных и читал сегодняшний номер газеты «Аргус». Заметив, что Мэг вошла, он слегка повернулся, нарочно демонстрируя ей заголовок на первой полосе:
БРАЙТОНСКИЙ АДВОКАТ ВИНОВЕН!
Изнывая от тревоги за Лору, она коротко кивнула ему, не в настроении разговаривать и уж тем более выслушивать его злорадствований, и налила себе кофе покрепче.
При других обстоятельствах она бы тоже с нетерпением ждала, что Теренс Гриди получит по заслугам. Но двадцать минут спустя, войдя в зал суда и заняв свое место на непривычно пустой скамье присяжных, она все еще надеялась – и молилась, – что случится чудо.
Именно об этом она вновь и вновь размышляла долгой ночью. Прерывистый сон на короткий миг освобождал ее из заточения, в которое превратилось ее сознание, но каждый раз, когда она просыпалась и возвращалась к реальности, страх усиливался. В конце концов где-то около трех часов ночи она сдалась, спустилась в кухню, налила чашку чая и села за компьютер. Она была совершенно одна. Ей казалось, что уже целую вечность она не получала весточки от Лоры.
В Америке же годами рассматривают апелляции преступников, приговоренных к смертной казни. Неужели Примроуз Браун не поднимется в ту же секунду, как войдет судья, и не заявит, что подает апелляцию? Так ведь делают? Мэг несколько раз попыталась найти в «Гугле» информацию об апелляционном процессе, но то ли слишком устала, то ли ей не удавалось сосредоточиться. Мысли метались из стороны в сторону, но она с раздражающей регулярностью попадала на американские веб-сайты, понимая, что их правовая система во многих аспектах отличается от британской.
И всю ночь, каждые пару минут, она хватала телефон, проверяя, нет ли голосового от Лоры, звонка, который она почему-то пропустила, или СМС, или сообщения в «Вотсапе». И каждый раз снова набирала ее номер.
Где Лора? И конечно же, Кэсси? А родители Кэсси? Как им все объяснить?
Где они?
Где эти твари их держат?
Она вздрогнула, когда на ухо ей внезапно зашептали, и почувствовала чей-то неприятный запах изо рта.
– Надеюсь, он получит по заслугам.
Это была Мэйзи Уоллер. Она кивнула Мэг и опять прошептала:
– Знаю, вы сделали все возможное, чтобы обсуждение было справедливым, но вердикт в итоге правильный. Мы же все это понимаем?
