– Да. Мы обнаружили несколько банковских карт для путешествий в страны, в которых расположены офшорные компании, связанные с «ЛГ Классикс», включая Панаму и Каймановы острова. Общая сумма средств на этих картах составила чуть менее двухсот тысяч фунтов стерлингов. Мы также обнаружили в сейфе дома наличность в размере шестидесяти двух с половиной тысяч фунтов стерлингов, восемьдесят семь тысяч фунтов стерлингов в долларах США и еще триста двадцать тысяч фунтов стерлингов в евро.
– Что ж, – сказал Корк, – разве мы все не откладываем деньжат на отпуск?
Кто-то в зале суда громко рассмеялся после этой фразы, и Корк насладился эффектом, сделав драматическую паузу, прежде чем вновь обратиться к следователю:
– Обнаружили ли вы что-то еще, кроме… э-э-э… отпускной заначки подсудимого, во время обыска?
– Да, – кивнул Джек Александер, – мы обнаружили немного кокаина, который, по словам обвиняемого, предназначался для личного употребления. Но что еще важнее, мы нашли ключ, искусно спрятанный в нижней части баллончика со средством от мух в садовом сарае. В конечном счете после нескольких месяцев следственной работы мы обнаружили частную банковскую ячейку на территории компании «Сейф бокс», расположенной в промышленном районе Холлингбери.
– О? Вам удалось заглянуть в нее?
– Да, вскрыли согласно ордеру. В ячейке находилась иностранная валюта государств, которые я уже упоминал, на общую сумму триста девяносто две тысячи фунтов стерлингов, а также шесть USB-накопителей.
– Сержант Александер, не могли бы вы рассказать нам, что на этих флешках? – спросил Корк.
– На них содержится дополнительная информация, касающаяся ввоза и вывоза дорогостоящих автомобилей, в которых не было наркотиков; по-видимому, это делалось, чтобы создать впечатление легальной предпринимательской деятельности. Также мы нашли важные данные о «ЛГ Классикс» и счетах компании за рубежом.
– Теперь я попрошу вас более подробно объяснить присяжным и суду информацию, которую вы только что кратко изложили, – сказал Корк.
В течение следующих двух часов Джек Александер в деталях описывал данные, найденные на USB-накопителях. Когда он закончил, Корк попросил полицейского подождать и пригласил Примроуз Браун.
Адвокат защиты поднялась на ноги.
– Сержант, ранее в своих показаниях вы говорили о немецкой компании «Шафт-Штайнметц». Можете ли вы подтвердить, что имя моего клиента нигде не упоминается в материалах, изученных следствием?
– Это так, – кивнул Александер.
– Что касается заказа на изготовление четырех спортивных ретроавтомобилей, – сказала Браун, – можете ли вы еще раз подтвердить, что имя моего клиента нигде не указано в этих документах?
– Верно, – согласился Александер.
– Сержант, обнаружили ли вы нечто необычное в этих четырех автомобилях, кроме того факта, что они были копиями? – допытывалась Примроуз Браун.
– Нет, – покачал головой Александер. – Но конечно, их никто не осматривал.
– Как вы считаете, разбираетесь ли вы в ретроавтомобилях?
– Если не считать винтажный «харли-дэвидсон» моего отца, то, скорее, нет.
– Насколько мне известно, существует большой и вполне легальный рынок копий ретроавтомобилей. Многие из них выставляют на соревнованиях ретроавтомобилей, также они участвуют в гонках, и все знают, что это реплики. Получается, вы не в курсе?
– Нет, – признался Александер.
– Также вы только что сказали, что обвиняемый владеет «ЛГ Классикс» в Чичестере через цепочку офшорных компаний, словно это что-то предосудительное. Однако многие весьма достойные компании, работающие в Великобритании, на самом деле принадлежат фирмам, зарегистрированным за рубежом, – для оптимизации налогообложения или для других не менее законных целей. Есть ли у вас какие-либо основания предполагать, что мой клиент зарегистрировал компанию в офшорной зоне для осуществления незаконной деятельности, конечно, если она вообще имела место? Мы-то считаем, что он никоим образом не связан с данной компанией.
– Нет, кроме того, чтобы скрыть, что он является владельцем «феррари», изъятой в порту Нью-Хейвена, – неохотно согласился Александер.
Следующий час Браун разбирала показания свидетеля, но так и не смогла надавить на него или извлечь какую-либо выгоду из сказанного, чтобы помочь своему клиенту.
Она на мгновение замолчала.
– Еще один вопрос, сержант. Возможно ли, что кто-то, побывавший в доме, спрятал эти предметы в стойке кровати моего клиента? Можем ли мы сбросить это со счетов?
– Нет, не можем.
– Спасибо, – сказала она и села.
Затем встал Корк с вопросом:
– Сержант, насколько вероятно, что сценарий, о котором рассказала моя ученая коллега, мог иметь место?
– Это, конечно, возможно, – заметил Александер, – но из-за того, где именно были спрятаны эти предметы, я думаю, это крайне маловероятно.
– Спасибо, сержант, у меня больше нет вопросов.
Александер вышел из зала суда.
«Такое ощущение, что защита зашла в тупик», – уныло подумала Мэг, вспоминая сегодняшнее судебное разбирательство.
