Бузулуцкий уже мысленно попрощался с жизнью, когда над темной поляной вдруг раздался испуганный вопль Кабана. Через мгновение Влад Казилов отпустил Степана и тоже вскрикнул. Бузулуцкий быстро перевернулся на бок, сделав глубокий вдох, и попытался очистить глаза и нос от грязи. Это удалось ему не сразу, но он все же разглядел стройную девичью фигурку в облегающей черной одежде, словно летающую между Кабаном и Казиловым.
Степан не понимал, что происходит. Девушка в черных брюках и короткой черной кожаной курточке ударила Кабана ногой в живот. Кабан упал, по его толстым рукам почему-то текла кровь. Влад кинулся к девушке и получил удар ногой в коленную чашечку. В его ноге что-то хрустнуло, Казилов яростно выругался и снова бросился к ней, заметно прихрамывая. Девушка резко взмахнула рукой, в ее пальцах блеснуло длинное узкое лезвие. Она полоснула Влада по предплечью, и тот громко завопил.
Теперь Степан ее узнал. Это была Елена. Странная девчонка проворно вертелась между Кабаном и Владом, нанося им быстрые поверхностные раны. Она била по плечам, по рукам, по торсу. Парни уже истекали кровью.
– Тварь! – испуганно завопил Влад, пытаясь зажимать порезы руками. У него ничего не выходило, ран было слишком много. – Ты что творишь?
Не дожидаясь ответа, он, хромая, бросился прочь сквозь густые кусты. Кабан побежал за ним.
Елена не стала их догонять. Она молча протянула руку Степану. Казалось, девушка ничуть не запыхалась.
– Ты… – изумленно выдохнул он. – Откуда ты здесь?
Но руку подал. Девушка рывком поставила его на ноги. Степан был мокрый и грязный с макушки до пяток.
– Кажется, я вовремя, – заметила она.
– Вот же уроды, – выдохнул Бузулуцкий.
Елена ухмыльнулась и обтерла окровавленное лезвие своего ножа краем футболки Степана.
– Хуже уже не будет, – невозмутимо сказала она.
Степан только теперь разглядел, что у нее был далеко не обычный нож. Скорее, старинный стилет с резной рукояткой. Он видел такие в историческом музее, в зале средневекового оружия.
На одежде Елены не было ни пятнышка. На шее поблескивало крупными красными камнями ожерелье-ошейник. Несмотря на сумрак, камни алели, как свежие капли крови.
Елена спрятала стилет под куртку. Степан готов был поклясться, что у нее пристегнуты специальные ножны для этого клинка.
– Так откуда ты взялась? – недоуменно спросил он.
– Тебе нужно умыть лицо, – усмехнулась вместо ответа Елена. – Видел бы ты себя со стороны, мальчик, который выжил.
– Откуда тебе известно мое прозвище?
– Мне интересны люди, подобные тебе.
– Подобные мне? – нахмурился Бузулуцкий. – Это какие же?
– Надломленные. Но выжившие.
Степан провел рукой по лицу и понял, что Елена права. Ему нужно было умыться.
– Следишь за мной?
– Если тебе от этого спокойнее, можешь и дальше так думать, – спокойно ответила девушка и поманила Степана за собой.
Они вышли из зарослей на пешеходную тропинку. Неподалеку в темноте журчал небольшой фонтанчик, и Степан тут же направился к нему. Елена двигалась сзади бесшумной темной тенью.
Приблизившись к чаше фонтана, Степан принялся умываться. Вода была слегка затхлой, но все же лучше, чем ничего. Промыв глаза, он снял мокрую футболку и сунул под струю голову. Затем прополоскал футболку в чаше фонтана и начал обтирать ею руки, грудь и живот.
– Ты всегда появляешься ниоткуда и исчезаешь так неожиданно, – сказал он, макая футболку в воду.
– Просто не люблю прощаться.
– Мы не разговаривали с тех пор, как погиб твой брат… Хотя… – Степан, прищурившись, смерил ее взглядом. – Никакой он тебе не брат, верно?
– Ты очень проницателен, – усмехнулась она.
– Тогда кто же ты? И почему всегда где-то рядом?
– Считай, что ты мне нравишься, мальчик, который выжил. – Елена подошла ближе. Нижние ветки ближайшего дерева почти касались ее волос. – Предположим, мне приятно находиться рядом с тобой.
– Так я и поверил, – усмехнулся Степан. Отжав футболку, он закинул ее на плечо. – Может, все же скажешь правду?
– К чему?
– Вдруг я смогу тебе помочь?
– Кто знает, – подумав, кивнула Елена. – Я ищу кое-что… И вы тоже ищете. Если я буду держаться поблизости, возможно, это облегчит поиск всем нам.
– Ну вот, это уже больше похоже на правду, – сказал Степан. – Реалистичнее, чем лживые признания в любви.
– А вдруг они не лживые? – рассмеялась Елена. У нее был очень приятный мелодичный смех. – Вдруг ты мне и в самом деле симпатичен? Что тогда?
– Опять врешь, – покачал головой Степан. – Но ведь это легко проверить.
– И как же?
Вместо ответа он шагнул к ней и прижался губами к ее губам.
Елена застыла как истукан, но это длилось всего мгновение. Секундой позже она резко рванулась, запуталась в ветвях дерева, затем повернулась и опрометью бросилась прочь. Ее красивое ожерелье порвалось и повисло на одной из нижних веток, но Елена не остановилась.
– Погоди! – крикнул он, бросаясь за ней. – Я пошутил! Не нужно было врать…
Степан пробежал несколько метров по темному парку, но Елена будто сквозь землю провалилась. Он прислушался, надеясь уловить стук шагов, но вокруг стояла тишина, лишь тихо журчала вода в чаше старого фонтана.
Странная она все-таки.
