– Да, со стороны это может показаться странным… – согласился Степан. – Но я ни в чем не виноват. А насчет Рыжего… Я не видел его четыре года до стычки в музее. И предпочел бы вообще никогда больше не видеть. У меня теперь совершенно другая жизнь.
– И что, старые делишки так просто отпустили? Нет желания к ним вернуться?
– Нет, – покачал головой Бузулуцкий. – Я могу идти? Все равно мне больше нечего вам сказать.
– А это уж мне решать, – жестко заявил Карамзин.
– Доброе утро, – раздалось вдруг позади них. – Вы что к студенту пристали? Он и так на практику опаздывает.
Юрий удивленно обернулся. К ним приближался Роман Кукушкин. Увидев его, Степан с облегчением выдохнул. За отцом шагал и Егор.
– Мы и правда сильно опаздываем, – быстро проговорил Кукушкин-младший. – Ноги в руки и вперед, если неприятностей не хочешь!
Он легонько подтолкнул Степана в направлении дверей музея и толкал до тех пор, пока тот не тронулся с места. Парни быстро начали подниматься вверх по лестнице.
– Эй, мы еще не закончили! – возмущенно крикнул им вдогонку Карамзин.
– Но они и правда торопятся, – сказал ему Роман. – Кстати, разрешите представиться, Роман Кукушкин, ваш бывший коллега.
– Наслышан, – недовольно нахмурился следователь. – Юрий Карамзин. И что же вы здесь забыли, бывший коллега?
– Вот, сына на практику привез. Ну и с вами хотел поговорить… Вы к Степану сильно не цепляйтесь, я его много лет знаю. В чем бы вы его ни подозревали, он к этому не причастен. Если потребуется, я готов за него поручиться.
– А вы что же, опекунство над ним оформили? – съязвил Карамзин.
– Официально – нет, – спокойно ответил Кукушкин, не обратив внимания на вызывающий тон. – Но бо́льшую часть времени мальчишка проводит у нас дома. Мой сын с ним дружит, поэтому Степана знаю как облупленного. Вы не смотрите на его татуировки и пирсинг, в душе он кроткий, словно кролик. Поэтому лучше не теряйте времени даром и ищите в другом направлении.
– Это что, профессиональный совет? – Карамзин недовольно выпятил нижнюю челюсть.
– Почти профессиональный. Все же я давно ушел из органов.
– А что так? Надоело?
– Да как вам сказать. – Роман слегка помрачнел. – Работа слишком нервная. Я сейчас в частном детективном агентстве работаю. Там мне гораздо спокойнее.
– Рад за вас, Роман Кукушкин, – буркнул Карамзин и направился к своей машине. – А свои профессиональные советы держите лучше при себе. Как-нибудь и без них обойдусь.
Роман лишь презрительно фыркнул. За годы службы в полиции он вдоволь насмотрелся на подобных выскочек и старался поменьше обращать на них внимание.
Кукушкин взглянул на часы. Эвелина Крылова уже должна быть на рабочем месте, а именно с ней он и планировал поговорить. Может, удастся сделать это до начала занятий?
Роман позвонил Крыловой с поста охраны музея. Ему повезло, она оказалась у себя в кабинете и согласилась поговорить с ним. Через пару минут Эвелина уже спустилась на первый этаж и подошла к пропускному пункту.
– Чем могу вам помочь? – осведомилась она.
– Роман Кукушкин, отец одного из ваших практикантов, – представился сыщик. – Работаю в частном детективном агентстве, и меня попросили провести одно неофициальное расследование.
– Вы снова будете спрашивать о Константине Перелозове? – нахмурила изящные брови Эвелина. – Но я уже все рассказала полиции…
– О нет, речь не о нем, – покачал головой Кукушкин. – Расскажите мне о похищенном венце Марголеаны.
– Но… – Эвелина озадаченно взглянула на него сквозь стекла очков. – Что конкретно вы хотите знать?
– Что о нем известно? Чем он так хорош? Почему украли именно его, выбрав среди более дорогостоящих предметов?
– Честно сказать, мне это неизвестно, – с улыбкой пожала плечами Эвелина.
– Может, кто-то хотел приобрести венец незадолго до случившегося, но получил отказ?
– Погодите. – Женщина задумалась, и Роман понял, что попал в точку. – Да, все верно! За пару дней до открытия выставки к Константину Аркадьевичу приходил один коллекционер. Как я поняла, он как раз хотел купить этот венец.
– И чем все закончилось? – заинтересованно спросил Роман. – Сделка не состоялась, как я понимаю?
– Константин Аркадьевич дал ему контакты владельца венца, Владимира Решетникова, но, кажется, тот ему так и не позвонил. Оказалось, что они хорошо знакомы и между ними какая-то старая вражда. Подробностей я не знаю. Точнее вам мог бы рассказать только Константин Аркадьевич, но, увы…
– А имя этого коллекционера вам известно?
– Да, я сама записывала его на прием. – Эвелина извлекла из кармана рабочего халата телефон и принялась что-то искать в его памяти. – Макаров Игорь Витальевич, – наконец сообщила она. – Бизнесмен, филантроп и коллекционер, занимается антиквариатом. У меня даже записан его контактный телефон. Могу вам его переслать, если хотите.
– Буду очень благодарен, – кивнул Роман.
В это время за стенами музея раздался раскат грома. Эвелина дала Роману контакты Игоря Макарова, а затем, быстро попрощавшись, поспешила к студентам.
