– Видел я твой блог, – хмыкнул Егор, двигая поближе очередную тарелку. У него был чертовски хороший аппетит, несмотря на его худобу. – Сплошные виллы, тачки и вечеринки. Пособие «Кто есть кто в мире богачей».
– Моим подписчикам такое нравится, – заявила Вика. – Они любят смотреть на вещи, которых нет у них самих. И возможно, никогда не будет. Вот ты хотел бы иметь машину?
– А у меня есть, – сказал Кукушкин. – Только она очень старая и потрепанная, поэтому я далеко на ней не езжу, чтобы не доводить отца до инфаркта.
– Ведро с гайками, – вставил Степан, вдруг включившись в разговор.
– Сам ты ведро! – обиделся Егор. – Если потребуется, она еще ого-го! Даша, если захочешь поехать на свидание за город, я отвезу тебя на своей машине, и ты сама убедишься, что она не так уж плоха.
– Везти девушку из богатой приличной семьи, да еще и на свидание, на старой разбитой тачке? – Виктория презрительно фыркнула. Затем взглянула на Алину и Степана. – Что не так с вашим приятелем?
– Мы как раз ждем результаты анализов, – и глазом не моргнул Степан.
Алина громко прыснула.
Вика раздраженно отвернулась и начала торопливо печатать какой-то текст под очередной фотографией.
– А как вы все познакомились? – спросила Даша. – Кажется, вы давно знакомы.
– Не все, – ответила Алина, потягивая коктейль. – Я этих двоих узнала, когда поступала в универ. Мы вместе сидели на вступительных экзаменах.
– А мы учились в одной школе. – Егор кивнул в сторону Степана. – В параллельных классах. Но подружились только в выпускном. До этого я считал, что он конченый придурок, но, к счастью, все оказалось совсем не так.
Степан молча на него покосился.
– Как это? – удивилась Даша.
– Долгая история. – Егор затолкал в рот очередной горячий бутерброд.
Он и правда никогда бы не подумал, что будет дружить со Степаном Бузулуцким. Егор знал его с первого класса, частенько видел, но обходил за километр. Бузулуцкий в ту пору якшался с дурной компанией, от которой все нормальные ребята старались держаться подальше.
Степан часто пропускал занятия, и Егор удивлялся, почему этого отморозка до сих пор не исключили из школы. Так продолжалось несколько лет. А затем Степан вдруг снова исчез, но на этот раз не появлялся в школе несколько недель. Поначалу никто особо не удивился. Все ребята подозревали, что рано или поздно этим все и закончится.
Такие, как Степан, дети из неблагополучных семей, часто имели неприятности с законом. Со временем их правонарушения становились все серьезнее и серьезнее, а потом они попадали в колонию для несовершеннолетних преступников. В их школе уже было несколько подобных примеров.
Но в случае с Бузулуцким все оказалось совсем не так.
Однажды Егор вернулся из школы домой. Решил пообедать, а уж потом садиться за домашние задания. Он обнаружил блинчики, накануне купленные отцом в ближайшей кулинарии, разогрел их в микроволновой печи, наполнил блюдце сгущенным молоком, после чего сел за стол, собравшись пообедать.
И в этот момент с работы вернулся Роман. Приехал средь бела дня, что было очень странно, ведь обычно он задерживался на работе до темноты. Егор давно привык к этому и приучился быть вполне самостоятельным. Сам делал уроки, пользовался утюгом и стиральной машиной, ходил за покупками, а иногда и готовил. Судя по голосам, раздававшимся в прихожей, отец приехал домой не один. Каково же было удивление Егора, когда Роман привел в кухню Степана Бузулуцкого.
Сначала Егор опешил, потом его захлестнула паника. Что вообще происходит? Откуда в его доме этот бандит? Отец что, сошел с ума?
Худой и нескладный Степан хмуро уставился на Егора, тоже не зная, что сказать. На нем были потрепанные джинсы с дырами на коленях, вытертая футболка грязно-серого цвета, поверх нее – короткая кожаная куртка. На тощей шее поблескивала толстая цепь. Короткие темные волосы в беспорядке торчали в разные стороны, а в ухе блестела серьга. Егор ошалело разглядывал Бузулуцкого, забыв, что все еще держит в руке блинчик со сгущенным молоком.
– О, ты уже дома? – преувеличенно радостно осведомился отец, входя в кухню. – Вот, знакомься, это Степан Бузулуцкий. А это Егор, мой сын.
– Знакомы… – сдавленно выдохнул Егор.
– Привет. – Бузулуцкий, в отличие от отца, смотрел хмуро. Под глазами у него залегли темные круги, веки слегка припухли. Егору показалось, что он недавно плакал.
Парень шагнул к столу и неловко протянул Егору руку для приветствия. Рукав куртки задрался, и Кукушкин увидел татуировки, покрывающие его предплечье. Черные узоры, напоминающие паутину, покрывали бледную кожу и скрывались под тугой бинтовой повязкой, которой было перехвачено его тонкое запястье.
– Привет. – Егор наконец сбросил с себя первое оцепенение.
Он посмотрел на протянутую руку, затем на блинчик в своих испачканных сгущенкой пальцах, а потом сдуру буркнул:
– Угощайся!
И сунул блинчик в руку Степана. Бузулуцкий замер, тупо глядя на блин в своей руке, а Роман, не сдержавшись, хохотнул.
