И тут я опять о том, что пыталась растолковать перед тем Артуру: продукты в этом, текущем времени, моем нынешнем настоящем не хранились долго, консервантов в них почти не было. И да, за вкусностями приходилось «охотиться» – помнить о времени завоза, например. Свежий вкусный товар разбирали довольно быстро, особенно по вечерам, когда люди шли с работы. Но по утрам в магазинах особых очередей не наблюдалось, и нужные продукты почти всегда были в наличии. Когда «выбрасывали» сосиски, то их, например, очень быстро расхватывали. Любимый всеми продукт! И тогда в одни руки давали не больше килограмма. Чтобы всем хватило.
Каждый населенный пункт СССР был отнесен к одной из четырех «категорий снабжения» (особая, первая, вторая и третья), именно поэтому у многих были разные представления о жизни тогда.
Были и спецраспределители для номенклатуры. Если бы я могла изменить что-то в этом времени, то пересмотрела бы и откорректировала бы категории снабжения и закрыла бы все спецраспределители. Устранила бы саму возможность купить что-то «с черного хода», по блату.
Хотя люди советского времени не боялись говорить о такой проблеме, хватало фильмов на эту тему: «Ты мне, я тебе», «Блондинка за углом», в сериале «Следствие ведут знатоки» постоянно упоминали о блате как об отрицательном явлении.
Многих в советские времена выручало свое хозяйство – стоило вспомнить, как в фильме «Три тополя на Плющихе» героиня везла в город на рынок чемодан мяса. А один из героев «Берегись автомобиля» выращивал на продажу клубнику.
В любое время были свои способы выжить. Даже в мутные девяностые.
Так вот, сейчас я вновь попала в то время, когда в магазине можно было купить всего лишь двести граммов «докторской» – чтобы спокойно съесть ее свежей на завтрак.
Время «колбасных электричек» начнется позже, с начала восьмидесятых. А с середины восьмидесятых наступит эпоха талонов – вот тогда люди начнут все скупать и запасаться, а бутылка водки станет валютой.
…Мы с Бабаней наконец отправились к маме и Лене-прошлой. С собой захватили блины, положив их между двух тарелок и замотав эту конструкцию в старый чистый платок.
Мама же сделала салат оливье и поставила на стол недопитую с Пасхи бутылку кагора, которую в свое время принесла ей Бабаня.
Но я сразу отказалась от кагора, сказала, что у меня от любого алкоголя начинается аллергия и по телу идут волдыри. И коротко, но очень красочно описала, какие именно у меня могут быть волдыри и сколь долго они не проходят, и какие страдания мне доставляют.
Бабаня подумала и, глядя на меня, заметила, что и она пить не станет. Потом добавила, что покойная Муся (моя бабушка) и без того радуется на небе – что мы помним ее и собираемся вместе.
Лена-прошлая тоже отказалась от кагора, призналась, что не любит его вкус. Только мама налила себе в рюмку вина, но отпила из нее лишь глоток.
Мы ели блины и вспоминали бабушку Мусю.
А потом в дверь позвонили, и мама отправила Лену-прошлую посмотреть, кто там пришел.
Лена-прошлая, то есть я в юности, отличалась легкомыслием и одновременно покорностью. Она спросила через дверь: «Кто там?», а ей ответили – «Свои». Вот она, то есть я в прошлом, и открыла дверь.
И впустила в квартиру своего (моего) папашу.
Когда отец вошел на кухню, я сразу все вспомнила. И почему было ошибкой открывать ему дверь.
Отец два раза смог «прорваться» к нам домой – когда я была еще в первом классе, и вот тогда (сейчас) – когда заканчивала школу, перед своим восемнадцатилетием. Все остальные встречи с ним происходили на улице, где он подкарауливал нас с мамой. Но, к счастью, это происходило нечасто.
Мой отец отличался скандальным характером, он любил «вынимать душу», по выражению моей мамы, и доводить всех окружающих до слез, истерик и скандалов. Ну, кроме тех людей, от кого зависел, от вышестоящего начальства, например. Вот тогда он вел себя безупречно… Почему мама вышла за него? Да потому что поначалу он тоже вел себя безупречно и показался маме ангелом.
Никаких особых плюсов от своей скандальности отец не выиграл. Богаче и счастливее не стал, к концу жизни растерял почти всех близких и друзей. В чем был смысл его вредного характера?
Я, кажется, это поняла, но очень поздно.
Отец дожил почти до девяноста и ничем особо не болел. Он реально «вынимал души» у других людей, пил энергию окружающих. Настоящий дементор…
Так вот, в тот день, сорок шесть лет назад, когда он попал к нам с мамой в квартиру, все происходило примерно так же – присутствовала Бабаня с блинами, на столе стояла бутылка кагора. И я открыла ему дверь, услышав волшебное слово «свои».
