– Ты спрашивал о развале СССР? Почему он случился и какие были его последствия? Так вот, весь этот криминальный беспредел происходил в самое тяжелое для нашей страны время, в девяностые годы, после развала, – упрямо и мстительно продолжила я. – Твоя Валерия превратилась в одно из тех чудовищ, которые грабили людей. На руках Валерии – кровь невинных. А все ради чего? Ради денег! Вот что ее волнует в этой жизни. Это ее суть.
– Я понял, понял! – со злостью перебил меня Артур. – Давай только без этой напыщенности, театральности… ну ты же собираешься стать писателем, к чему этот перебор с драмой?!
– К тому, что я боюсь, что ты, когда я тебе расскажу всю правду о твоей возлюбленной – побежишь к ней. В надежде все исправить, вернуть Валерию…
– Не побегу, – с тихой яростью произнес Артур. – Я умею собой владеть. Говори. Что, ну
Я набрала побольше воздуха и опять скороговоркой начала:
– В пионерском лагере, где сейчас Валерия, она познакомится с неким Борисом. Это такой мажор… ну, короче, он – золотая молодежь, сын спекулянтов, цеховиков… Сын людей, у которых все схвачено в этой жизни. У Валерии с ним произойдет роман. В конце лета они вообще договорятся пожениться. Она корыстная, хочет устроиться в жизни получше, понимаешь? Ты для нее был выгодной партией, но она нашла кавалера побогаче. В конце лета она приедет в Москву – с тем, чтобы объявить тебе о расставании. Придет к тебе домой. Ты впадешь в ярость, зачем-то запрешь ее в своей комнате, не захочешь ее выпускать, тогда она начнет кричать в окно, а там Борис… Он ждет ее во дворе. Ты ее все-таки выпустишь и побежишь за ней следом. Все участники этой истории на нервах: любовный треугольник – ревность, ненависть, страсть… Уж кто бы упрекал меня в излишнем драматизме… – фыркнула я. – Короче, во время этой свистопляски с выяснением отношений в нашем дворе Борис убьет тебя. Ножом в сердце.
Артур закрыл лицо ладонями. А я без всякой жалости продолжила:
– Доказать причастность Бориса к твоей смерти не удастся. Его оправдают. У его родителей – связи. Валерия даст показания, что этот нож – твой и ты сам на него напоролся в пылу выяснения отношений с Борисом. Все.
В комнате повисла тишина. Было только слышно, как тикают где-то часы. Я подумала, затем придвинула к себе планшет, включила его. Нашла отдельный файл с фотографиями, Николай и их закачал сюда – там было фото колумбария в семейном склепе Дельмасов.
– Смотри. Тебя там похоронят. Рядом – твои родители, их урны с прахом тоже замурованы в стене, видишь даты? – Я елозила пальцами по экрану, то увеличивая, то уменьшая изображение. – Твои папа и мама после твоей гибели недолго прожили, видишь сколько, как мало?
Артур, уже не бледный, а какой-то белый, принялся разглядывать фото, где было изображено место его упокоения. Его и его родителей.
– Покажи мне фото моего брата, – вдруг попросил он. – Каким он будет?
Я нашла в галерее фото Николая, где он в возрасте шестидесяти трех лет.
– Смешной… – усмехнулся вдруг Артур. – Он прекрасно сохранился! Хотел бы я таким быть в старости… А ты где? Какая ты на самом деле? Какой была там, в будущем?
Меня этот вопрос не смутил. Я нашла и свое фото в галерее. Удачное фото, надо сказать. Мой возраст, мои шестьдесят три года не смотрелись там приговором. Вполне милая седовласая тетушка с лучистым взглядом. Это я… Была такой недавно!
– Почему вы… почему вы с Николаем – такие нормальные, а она… – Артур имел в виду Валерию, – …а она – такая жуткая?
– Потому что возраст открывает истинное лицо человека, – опять напомнила я. – Да, понимаю, это тоже очень пафосно звучит, но… но вот так.
– Интересно, как бы выглядел я в будущем? – пробормотал Артур.
– Твоих фото в будущем нет. Твоя дальнейшая судьба пока еще под вопросом. Она в твоих руках.
Артур молчал, опустив голову, синяя жилка билась на его виске. Потом улыбнулся, но как-то очень криво и сказал:
– В этой статье про Валерию, в самом начале – что из-за нее погиб молодой человек. Это про меня, что ли, бегло упомянули?
– Да, про тебя, – кивнула я.
– Как странно, – скривился Артур. – Я тут себе напридумывал всякого, у меня планов громадье, на сто лет вперед, а по факту, оказывается – всего одна строчка обо мне в будущем останется. Как там у классика… точно не помню, но что-то вроде – вчера на одной из площадей города попал под лошадь извозчика гражданин О. Бендер… Помнишь книгу «Двенадцать стульев»? От Бендера хоть имя осталось, а от меня… – Он не договорил, махнул рукой.
– Я хочу спасти тебя. Твой брат просил меня.
– Ты обещала письмо от него! – спохватился Артур.
Я положила сложенный листок перед ним. Я это письмо читала. Очень трогательное письмо, полное любви младшего брата к старшему, с мольбой – чтобы тот удержался от необдуманных поступков.
Артур прочитал письмо. Отложил его в сторону и медленно произнес:
