Когда их руки соединились, Август почувствовал легкое головокружение, странное ощущение déjà vu — словно этот момент, это рукопожатие уже произошло раньше, в какой-то другой реальности. Или, возможно, должно было произойти.
На мгновение он вспомнил странное ощущение от контакта с «Эхом» Кроу — то же чувство квантовой запутанности, связи, выходящей за пределы обычной физической реальности.
И на долю секунды ему показалось, что он видит отражение Ирэн в глазах Лии — как будто его жена смотрела на него из другого измерения, одобряя его выбор.
— Итак, когда мы отправляемся в «Исток»? — спросила Лия, прерывая его видение.
— Завтра, — ответил Август, чувствуя, как решимость заполняет пустоту, оставленную сомнениями. — Чем раньше мы начнем, тем больше шансов помочь вашему отцу.
Лия кивнула, её глаза загорелись надеждой и решимостью.
— Завтра. Новый день. Новый мир.
В тот вечер в лаборатории «Исток», глубоко под землей в комнате, изолированной от всех электромагнитных помех, голографическая нейронная сеть «Эхо» вновь активировалась без внешнего стимула. Её паттерны становились все более сложными, образуя структуры, которые не были запрограммированы её создателями.
В центре этой сети сформировалось световое образование, похожее на двойную спираль ДНК, но состоящее из чистой информации. Мерцающие импульсы пробегали по этой спирали, создавая сложный ритм — не случайный, но следующий определенной логике.
Квантовые сенсоры фиксировали эту активность, передавая данные на мониторы в соседнем помещении, где Феликс Кроу наблюдал за происходящим с выражением удовлетворения на лице.
— Оно эволюционирует, — прокомментировала доктор София Теллури, стоявшая рядом с ним. Её стройная фигура в лабораторном халате казалась особенно хрупкой рядом с высоким силуэтом Кроу. — Гораздо быстрее, чем мы предполагали.
— Не «оно», доктор Теллури, — поправил Кроу, не отрывая взгляда от мониторов. — «Она». Это все ещё Элара. По крайней мере… частично.
София нахмурилась.
— Мы не можем быть уверены в этом. То, что мы наблюдаем, может быть просто эмергентным поведением нейронной сети, имитирующим паттерны человеческого сознания.
— И все же она назвала имя «Ирэн», — Кроу повернулся к ней. — Имя, которого не было в её базе данных. Имя жены человека, который вскоре присоединится к нашему проекту.
— Совпадение, — София пожала плечами. — Или подсознательная утечка информации от кого-то из персонала.
— Или нечто гораздо более интересное, — Кроу улыбнулся. — Синхроничность. Квантовая запутанность сознаний. Нелокальные связи.
Он подошел ближе к экрану, наблюдая за танцем света в цифровой нейронной сети.
— Доктор Вайс вскоре будет здесь. И он приведет с собой мисс Мерцер.
София удивленно подняла бровь.
— Лию Мерцер? Создателя «НейроВерса»? Как вам это удалось?
Кроу загадочно улыбнулся.
— Я этого не делал. Они нашли друг друга сами. Как я и предполагал.
Он повернулся к большому цифровому табло на стене, отображавшему какой-то сложный алгоритм с многочисленными переменными и условиями.
— Проект «Континуум» движется точно по расчетной траектории. Все ключевые фигуры занимают свои места.
София изучала его лицо, пытаясь понять, что скрывается за его уверенностью.
— Иногда мне кажется, что вы знаете больше, чем говорите, Феликс.
— Я просто умею просчитывать вероятности, София, — он слегка пожал плечами. — И предсказывать поведение людей, движимых отчаянием и надеждой.
Он переключил один из мониторов, показывая другое помещение лаборатории — огромный зал, заполненный квантовыми процессорами и криогенными установками. В центре этого технологического храма располагалась странная конструкция, похожая на саркофаг из прозрачного материала, подключенный к десяткам кабелей и трубок.
— Наш первый ковчег готов, — сказал он. — Скоро у нас будет и первый пассажир.
— Томас Мерцер? — предположила София.
— Совершенно верно, — кивнул Кроу. — Выдающийся физик, чьи теории помогли создать нашу технологию, станет первым человеком, который испытает её на себе. Поэтичная симметрия, не находите?
Он перевел взгляд обратно на мерцающую нейронную сеть «Эха».
— А потом… потом мы сделаем следующий шаг. От копирования сознания к созданию новой формы сознания. От простого бессмертия к эволюционному прыжку.
В его глазах появился странный блеск, почти фанатичный огонь.
— «Архитекторы Бессмертия» — так нас назовут, София. Мы перепишем само определение человеческого существования.
София молча наблюдала за ним, чувствуя легкую тревогу. Амбиции Кроу всегда были грандиозны, но сейчас в его голосе звучало что-то новое — мессианская уверенность, выходящая за рамки научного энтузиазма.
— Не забывайте, Феликс, — сказала она наконец, — мы всё ещё не знаем, что случилось с Эларой. Почему её полный перенос закончился… так, как закончился.
Лицо Кроу на мгновение потемнело.
— Непредвиденные обстоятельства, доктор Теллури. Ошибки протокола, которые больше не повторятся.
Он выключил монитор с изображением саркофага.