— Неправильно, что мы, почти выпускники, должны соревноваться с тобой. То есть ты с нами… Я… не хочу тебя обидеть, но ведь задания Турнира — для старших, и не каждый взрослый маг с ними справится!
— Ну… я об этом вроде и говорил, — удивился Гарри.
Крам кивнул. Помнит, значит. И что тогда?
— Ты должен знать то же, что знает… знаем мы.
— Хорошо бы, но пройти экстернат по программе трех лет за оставшиеся пару недель — это как-то чересчур, согласись. Даже звучит жутковато. Или ты имел в виду что-то другое?
— Просто… Да, другое. В первом задании будут настоящие драконы. Вот. Все. Больше я ничего не знаю, но могу помочь конспектами, у нас драконы были на шестом курсе. Практики, правда, не было. Если что, я в библиотеке в любой день после половины пятого. Честь имею.
И болгарин удалился, едва не щелкнув пятками. А Гарри рванул дальше, пока в коридоре вроде никого не было. И не зря: в конце бокового ответвления нарисовался силуэт в шалях, что-то зазвенело, а хрипловатый голос мадам прорицательницы провыл что-то про изрыгаемый огонь, от которого нет спасения и в котором что-то там (или кто-то) окончательно расплавится. Гарри, улепетывая заячьим скоком вниз по ступенькам наконец-то нормальной лестницы, не расслышал.
* * *
Снейп только губы поджал, но больше ничем не выдал неудовольствия из-за опоздания Гарри. Запыхавшийся и смеющийся младшенький сам вывалил на него все причины: и про Малфоя, и про всех остальных.
— Кажется, еще только директор не порадовал меня новостями о Турнире…
— Ха-ха, — саркастично произнес Снейп и передал ему запечатанный свиток. — Вам посылочка от директора.
Брови Гарри поползли вверх.
— Это… это то, что… это задания первого тура, что ли?! — он бухнулся в ближайшее кресло, которое тихо и обиженно крякнуло в ответ.
Снейп после небольшой паузы изложил все, как и просил его Дамблдор. Надо же будет дедушке что-то в думосборе показывать.
— Что? Открывается его кольцом? Я даже не знаю, что сказать… — Гарри развел руками. — Он хочет, чтобы я его ограбил, что ли? Серьезно?
— Свет в твоей душе, Гарри, не даст тебе совершить такой неблаговидный поступок…
Гарри широко раскрыл глаза, уставившись на Снейпа, побледнел и попятился.
Снейп, насладившись зрелищем перепуганного Поттера, решил, что дальше — уже чересчур, и продолжил своим обычным тоном:
— Директор думает, что ты просто придешь к нему и попросишь…
Гарри недоверчиво посмотрел на него, подошел и осторожно пощупал за руку.
— Директор? А где Се… Снейп?
Северус рассмеялся.
— Вряд ли директора ты пытался бы однажды весьма рьяно спасти из, хм, объятий красивой женщины.
Гарри вздохнул с облегчением, но покраснел. То, как он тогда ворвался… об этом знали только трое. Но, может, хватит уже ему это припоминать?!
— Так это, оказывается, называется объятиями… — он лукаво взглянул на немного смутившегося Снейпа. — Не пугай меня так больше! Я ведь правда решил, что это он под оборотным!
— Тренировка, Гарри, просто тренировка. И…
— Постоянная бдительность, ага, — проворчал в ответ несносный мальчишка.
— Ну, так как ты смотришь на план директора?
— В смысле, вот просто пойти и попросить? Чтобы он с меня потом тоже что-нибудь такое стряс и припряг, как тебя? Не-е-е, что-то не хочется. Ты не сердись, ладно?
Снейп неожиданно улыбнулся. Оказывается, это может быть приятным, когда кто-то учится на твоих ошибках. Может, они для того и были нужны?..
С появлением в его жизни вот такого вот Гарри Поттера изменилось многое. И прежде всего — в нем самом. Жизнь окончательно перестала быть подчинена самобичеванию и идеям служения и мести, а смысл ее стал настолько широк, что и задумываться о нем было вроде уже и незачем. Вокруг него начали появляться люди — один за другим. Хорошие люди. Удивительные.
Конечно, первым был Флитвик — тот, кто первым удержал его на краю и отвел от него прочь. А благодаря Гарри он впервые ощутил, каково это — просто жить, не кляня себя ежечасно, просто заниматься делами. Не оставляющими ему времени на всякие… глупости.
Удивительными делами, которые поглощают все внимание и ум, всего его. Все-таки маггловоспитанный волшебник, не знающий о правилах и не подозревающий об ограничениях, что впитывают все остальные буквально с молоком матери, имеющий голову на плечах и такое нестандартное мышление, как Гарри, вполне мог поставить волшебный мир на уши. Или… наоборот, на ноги? Его, Северуса Снейпа, он точно поставил.
А потом появилась Рита, и он почти забыл, как это было тогда там, на краю…
Гарри не повторит его ошибок. У него достаточно тех, кто готов в этом помочь.
* * *
Филиус Флитвик, зайдя в кабинет профессора зелий, увидел своих учеников, бывшего и настоящего, за странным занятием: они сидели, молча уставившись на стол, словно пытались его загипнотизировать. Небольшой свиток, лежащий на нем, он заметил не сразу. Но свое удивление, конечно же, высказать не замедлил.
После того, как его кратко просветили по поводу ситуации и дали в руки сам пергамент, Флитвик хмыкнул, едва увидев знакомую печать.
— Вы что-то знаете об этой штуке, профессор? — тут же спросил Гарри.
