— Совета о том, как избавиться от внимания старшекурсниц…
— А поподробнее? Чем вам мешает внимание учениц? Глазки строят?
— Если бы только глазки. То коленку высунут, так чтобы я обязательно увидел, то приворотным намажутся, то духами, аж смердит, то мантию приоткроют, а там такая одежда… кхм. После идеи с «немытой головой» хоть перестали пытаться прижиматься в узких проходах. Я ж нормальный здоровый мужчина. Молодой. И… — он махнул рукой. — Это иногда уже ни в какие ворота!
— И что вы при этом чувствуете? — спросил Флитвик, изобразив на лице соответствующую содержанию вопроса наивность.
— Иезуитский вопрос, — констатировал Снейп, сжимая уголки рта. — И это от моего почти столетнего Учителя.
Флитвик молча смотрел на него, выжидая. Северус фыркнул.
— Ответ озвучить? Давление в паху. И. Раздражает. Это. Меня.
— Вас раздражает их поведение или ваша реакция?
— Все!
— Друг мой… Девушки — это природа… это — стихия. Давайте все же начнем с вас.
Северус заинтересованно посмотрел на Учителя.
— Это ваша физиология, и пытаться что-то с этим делать — все равно что плевать против ветра. Не стоит идти против самой природы, будь ты хоть трижды великий маг. А вы ведь пока еще и единожды не великий, или я не в курсе? Вы серьезно полагаете разумным раздражаться на себя за то, что вы нормальный здоровый мужчина? Подумайте и огласите мне ваши резоны.
Молчание несколько затянулось, наконец Северус произнес:
— Да, умеете вы повернуть…
— А вы — закопаться в собственные предрассудки. Весьма странные, смею сказать. Ваш пубертат вроде давно уже прошел, чтобы эти вопросы вгоняли вас в краску. И молодые девушки должны вызывать у вас вовсе не раздражение, даже если они пытаются вести себя слишком, на ваш взгляд, раскованно.
— Вы что… Мне?.. Это же школа!
— Да Мерлин с вами, при чем тут школа, — замахал руками полугоблин.
Возмущенный тем, что им интересуются девушки, двадцатидвухлетний Снейп прожженного шпиона умилял и одновременно настораживал. Нездоровую тенденцию придется как-то переломить, и, кажется, делать это выпало на его долю… Неожиданно. Но ему есть чем поделиться — недаром он неделю откладывал этот разговор. И он продолжил.
— Девочки-девушки, у которых еще не все выросло, а если выросло, то не созрело тут, — он постучал пальцем по лбу, — одна гормональная буря и полный ноль опыта. И столько же знаний и искусности. Что они вам могут дать? Ну… кое-что, конечно, могут. Свежесть и остроту ощущений. Но для вас эта острота будет бОльшей частью в нарушении запрета и маячащей перспективе Азкабана. Тут я с вами совершенно согласен, это абсолютно не нужно. Ни вам, ни им, что бы они сами об этом ни думали.
Побагровевший было Северус перевел дух. Так с ним еще никто не разговаривал. С ним об этом вообще никто не говорил, если уж на то пошло… А Флитвик совершенно свободно владел темой. Ну да, возраст, опыт. Интересно, у него… кто-то был? А может, и дети есть? Нет, он не будет его спрашивать.
А Учитель продолжал говорить совсем уж крамольные вещи, но таким тоном, словно на уроке давал классификацию бытовых заклинаний.
— Вам необходимо сбрасывать напряжение, в том числе и то, что возникает в ваших чреслах.
Он взглянул на ученика и возмутился:
— Да прекратите уже краснеть, Северус, вы ученый или как?! Я, конечно, понимаю, что сублимация половой энергии в умственную дает весьма неплохие результаты, особенно судя по вашим последним работам. И это прекрасно. Но выплеск энергии в ее собственном русле, смею вам сказать, ничуть не хуже, а главное — иначе. И тоже весьма благотворно действует на вашу любимую мыслительную деятельность, пусть и не сразу. Вы же исследователь, мой друг, вам имеет смысл и пробовать, и практиковать, желательно регулярно. Но вам нужна профессионалка, хотя бы на первое время. Мы запланируем это на завтра.
Последняя фраза, по мнению Северуса, точно была излишней.
— Не нужен мне никто!
— Учени-ик… не борзей. Учитель видит смысл, значит, твоя задача тоже его найти. Волосы как следует прополощи. Впрочем…
Он махнул рукой, спрыгнул с высокого кресла, взмахом руки возвращая его в исходное состояние крупного булыжника, и, не оглядываясь, направился в сторону замка.
* * *
Распоряжение насчет волос Северус выполнил. Не было смысла изо всех сил держаться за свое, если дал согласие быть учеником. Эксперимент над собой… Решено, так он к этому и будет относиться. Но кто бы мог предусмотреть такой поворот?
Маггловскую одежду ему приготовили домовики, видимо, тоже по просьбе Филиуса — она лежала на стуле возле кровати, когда он вышел из ванной в небрежно наброшенном халате. Он повертел в руках какие-то синие грубой ткани брюки с просторными расширяющимися книзу штанинами и футболку, к счастью, черную и довольно просторную. Вздохнул. Оделся. Закрепил палочку, сунул в карман немного маггловских денег — держал запас по старой привычке. Еще раз вздохнул: пора было идти.
— Душераздирающие звуки, — чуть ядовито прокомментировал полугоблин, тут же оказавшийся рядом. — Утра, Северус.
«Чары невидимости… Он что, так тут и сидел? И… я при нем одевался?»
