Яйца едва ли можно было отличить от обыкновенных камней — коричневатые, они практически сливались с ними, только ярко сверкающее золотом то самое, что было нужно ей как-то достать, выдавало место кладки, но увидела его Флер не сразу.
Прекрасная девушка танцевала, трибуны замерли в восхищении, а валлийская зеленая мерно покачивала головой, словно в такт неслышимой музыки.
И вот Флер коснулась яйца… достала его и быстро отпрыгнула, танец сбился, а дракона выпустила огонь на собственные яйца.
От жара нежная кожа лица горела, сердце стучало где-то в горле, но она снова начала танцевать — до защищенного места было слишком далеко. Она старалась не смотреть на дракону, но не могла, и когда увидела, как та внимательно наблюдает за ней, за тем, что она держит в руках, споткнулась и упала.
Яйцо выпало из рук и подкатилось прямо к огромной зеленой лапе с когтями величиной в руку взрослого мужчины. Лапе, притоптывающей в такт танцу вейл…
Внутренняя музыка исчезла, уступая место липкому ужасу. Флер замерла на камнях, боясь шевельнуться, а дракона внимательно рассматривала яйцо. А потом обнюхала его, величественно кивнула Флер, встала и направилась к настоящим яйцам, чуть пританцовывая. Или это показалось? Так это были или нет, но она никогда этого не забудет.
— Я… правда могу его забрать? — зачем-то спросила Флер, поднимаясь.
Дракона повернулась на звук ее голоса, а затем подняла голову и выпустила мощнейшее пламя, пробив им защитный купол, да так, что у комиссии, что сидела за столом ближе всех зрителей, волосы встали дыбом, несмотря ни на какие щиты, а мистер Бэгмен и мистер Каркаров просто скатились под стол.
Она еще раз кивнула в сторону Делакур, подцепила яйцо хвостом, а потом наподдала по нему так, что оно едва не впечаталось прямо в вылезающего Каркарова — только мадам Максим спасла коллегу, перехватив приз своей студентки. Вот только яйцо, помятое от удара, раскрылось и огласило весь стадион такими звуками, что все только за уши схватились. Инстинктивно, конечно.
Из-за этого закрыть его получилось не сразу: сначала Дамблдор, кривясь, как от зубной боли, отпустил свои уши и с помощью какого-то артефакта поставил звуконепроницаемый купол, после чего удалось совместить чуть погнутые половинки.
Никто даже не смотрел, как Флер удалось выскользнуть в безопасное место, и только мадам Помфри и помогающий ей колдомедик подхватили едва стоящую на ногах девушку под руки и отвели в шатер.
* * *
Виктор Крам сжимал и разжимал кулаки. Сейчас будет ясно, чего он стоит. Сможет ли он противостоять дракону. Когда в шатре остались только они с Поттером, тот протянул ему баночку с мазью. Как он ухитрился протащить ее с собой, Виктор спрашивать не стал. Главное, что англичанин со всеми поделился. Это был достойный поступок.
Натирались они вместе и второпях, но со спинами друг другу пришлось помочь. И вот — его выход. Одними губами Гарри прошептал что-то вроде «драконы помогут», но поверить — такому?
Он и предположить не мог, что на трибунах под алыми заменами с золотыми львами так же сжимает кулачки симпатичная девушка с шикарной копной темно-каштановых волос… Гермиона не смогла выполнить поручение Гарри и теперь кляла себя на все корки. Проклятая записка до сих пор лежала в ее кармане.
Огромный ало-золотой дракон был жуток и… прекрасен. На мгновение Виктору стало не по себе: он намеревался лишить его зрения, а это было очень болезненно, хотя потом драконологи, конечно, вылечат последствия заклятья, но… палочка уже скользнула в руку.
— Конъюктивитус!
Гигантская туша развернулась настолько проворно, что заклинание еще не успело отзвучать, а потому ударилось оно в… массивный чешуйчатый зад, обращенный к чемпиону Дурмстранга. Зад слегка колыхнулся, но Виктор понял, что на эту часть тела его магия большого впечатления не произвела. И вряд ли произведет…
А потом дракона повернулась и через плечо смерила его таким взглядом… Крам сглотнул. Он понял, что сильно ошибся, но что делать?
Он продолжал атаковать дракону всеми подряд заклинаниями, которые мог вспомнить, но здоровенный ало-чешуйчатый зад каждый раз оказывался перед ним, издевательски покачиваясь. На трибунах начал зарождаться смех, и это было самым ужасным. Это было фиаско. Руки опустились.
Ало-золотая голова на длинной гибкой шее повернулась к нему и выдохнула аккуратный огненный гриб. Виктору было все равно. Это позор…
Он не стал ставить защиту, и треск собственных волос от жара показал ему, что конец близок. Неприятный запах паленого, кажется, озадачил дракону, и она внимательно посмотрела на противника.
Виктор почувствовал, что сгорает… от стыда.
Дракона фыркнула, подняв столб искр, и подтолкнула лапой золотое яйцо, выкатив его из кладки.
Крам почувствовал, как отваливается его нижняя челюсть. Такого великодушия он ожидать не мог, не имел права, особенно теперь!
И совершенно правильно, как выяснилось. Яйцо от удара хвоста полетело в сторону купола, и Виктору ничего не оставалось, кроме как броситься за ним.
